ИНТЕРВЬЮК списку всех интервью

26 ноября 2018, 11:00   Источник: Псковская Лента Новостей

Лев Шлосберг: «Перед политиками демократического сообщества стоят две задачи – терпеть и работать»

В эфире программы «Особое мнение» на радиостанции «Эхо Москвы в Пскове» побывал Лев Шлосберг, депутат Псковского областного Собрания, председатель Псковского регионального отделения и член Федерального политического комитета партии «ЯБЛОКО». Ведущие эфира, главный редактор радиостанции «Эхо Москвы в Пскове» Максим Костиков и главный редактор «Псковской ленты новостей» Александр Савенко, обсуждают с гостем эфира работу над проектом областного бюджета на 2019 год, ситуацию в партии «Яблоко» и другие темы общественно-политической повестки.

Александр Савенко: Здравствуйте, дорогие друзья! В прямом эфире программа «Особое мнение». У микрофона ведущие Александр Савенко (это я) и Максим Костиков.

Максим Костиков: Добрый день.

Александр Савенко: Ну а вместе с нами сегодня со своим особым мнением Лев Шлосберг, руководитель регионального отделения партии «ЯБЛОКО» и депутат Псковского областного Собрания. Лев Маркович, добрый день!

Лев Шлосберг: Добрый день, Александр, добрый день, Максим! Добрый день, радиослушатели «Эха»!

Александр Савенко: Со Львом Шлосбергом мы сегодня будем говорить о работе над проектом областного бюджета на 2019 год, обязательно обсудим ситуацию в партии «ЯБЛОКО» и шире – в оппозиционном лагере, ну а также поговорим на другие актуальные темы общественно-политической повестки. Как обычно, приглашаем к разговору наших радиослушателей. Телефон в студии – 56-73-72, мы ждем ваших звонков. Также можете оставлять свои вопросы на сайте «Псковской ленты новостей» под анонсом эфира. Ну а мы начинаем.

Максим Костиков: Лев Маркович, вчера мы с вами посетили постановку таллинского театра – пьесу «Горе от ума». И я, когда сидел в зале, смотрел эту пьесу, все время думал: а вот Лев Маркович, который сидит в соседнем ряду, он себя Чацким не ощущает во всем этом нашем прекрасном политическом мире? Скажите ваше впечатление о спектакле. И вот Чацким себя не чувствуете?

Лев Шлосберг: Я люблю ходить в театр, и вы это знаете. Поэтому мне было интересно увидеть Русский эстонский театр. И, в общем-то, вчера ещё раз можно было убедиться, что русскую классику, как и любую классику, можно читать, перечитывать и прочитывать заново, можно сказать, в каждую эпоху.

Максим Костиков: Она абсолютно современна.

Лев Шлосберг: Она абсолютно современна и актуальна. Что касается самочувствия, я не чувствую себя Чацким. Чацкий – это вполне определенный персонаж…

Максим Костиков: Но ведь кругом же Скалозубы и Молчалины.

Лев Шлосберг: Кругом много кто у нас – не только Молчалины, Скалозубы и Фамусовы, у нас кругом люди совсем другого типа. Но то, что сейчас происходит в нашей стране…

Максим Костиков: Чичиковы, Земляника, Ляпкины-Тяпкины…

Лев Шлосберг: Да, это более широкий мир политической флоры и фауны, и невозможно проводить прямые параллели между оппозицией политической и героем-одиночкой в начале XIX века. Хотя нужно сказать, что Грибоедов, безусловно, когда писал «Горе от ума», много своего, личного внёс в Чацкого, в том числе и отъезд на Кавказ, и другие биографические обстоятельства, самая политическая роль у Грибоедова – это роль Чацкого. Тексты этой роли можно растаскивать по цитатам ко всей политической жизни, но Чацким я себя не ощущаю.

Максим Костиков: Вы отметили, что во вчерашней постановке было достаточно много и каких-то аллюзий, и прямых намеков на политические реалии нашей страны, такие отсылки к поведению тех или иных политических персонажей, системы в целом. Как вы считаете, насколько это уместно? И как, на ваш взгляд, псковская публика-то не была этим шокирована?

Лев Шлосберг: Псковская театральная публика – это несколько тысяч человек на весь город. Эти люди стараются посетить все спектакли. И вчерашний спектакль, на мой взгляд, был сыгран именно для российской публики. Я не знаю, насколько эти оговорки и примечания произносятся на родной сцене в Таллине: уж совершенно точно, про третий и четвертый срок президента Путина там, наверно, ничего не говорится. Актеры понимали, куда они приехали, и сочли возможным сделать несколько политических ремарок. Я считаю, что театр имеет право быть актуальным всегда, это нормально.

Максим Костиков: Спасибо. Давайте перейдем от культурной политики к реальной политике. Лев Маркович, вы совершили тур на последней неделе по ряду российских регионов, были в Новосибирске, в Петербурге, где-то еще – Александр, если что, подскажет, он следит…

Лев Шлосберг: Нет, только в Новосибирске и Петербурге.

Максим Костиков: И многие наши коллеги, политические обозреватели уже отметили этот факт, что вот Лев Маркович снова перешел на, скажем так, федеральную политическую площадку, на другую орбиту, региональная местечковая политика его больше не интересует, а он там борется за что-то большое и светлое. В частности, вот говорят о том, что у вас сохраняются амбиции возглавить партию «ЯБЛОКО»: через год съезд…

Александр Савенко: Представится такая возможность…

Максим Костиков: Да, представится такая возможность вновь попробовать свои силы, тем более, мое частное мнение, Эмилия Слабунова оказалась, мягко говоря, слаба в качестве партийного лидера, ну и «ЯБЛОКО» переживает, там 155-й виток кризиса и, наверное, действительно нужны какие-то перемены. Как прокомментируете?

Лев Шлосберг: Я насчитал пять вопросов и постараюсь ни один не пропустить. Первый (начну с крайней ремарки): кризис политической партии отражает то, что она живёт и развивается. Кризис – это признак развития, поэтому о любой политической партии, живущей и действующей, в любую эпоху её развития можно сказать, что у партии есть кризис в той или иной ситуации. Поэтому с этим все в порядке.

Что касается поездки в Новосибирск и, как уже пошутили, проездом из Новосибирска в Псков был ещё в Петербурге. В течение двух лет известный в свое время новосибирский, российских политик Аркадий Янковский, бывший депутат Государственной Думы (он был членом фракции «ЯБЛОКА» в Думе второго созыва, избирался в Новосибирске как одномандатник), приглашал меня в свой дискуссионный клуб: уже несколько лет он ведет Новосибирский дискуссионный клуб.

Там есть лофт-парк «Подземка», бывшая техническая станция новосибирского метро, теперь – огромное общественное пространство. Янковский приглашает туда спикеров, как правило, из Москвы и Петербурга, и говорит с ними на актуальные политические темы. Ни в 2016, ни в 2017 году я не смог долететь до Новосибирска: у меня не было времени. В этом году время нашлось. Поэтому то, что встреча в дискуссионном клубе и сопутствующие ей встречи произошли именно сейчас, – это стечение обстоятельств, когда у меня появилось окно для такой достаточно длительной поездки. Никакого умысла специального в этом нет.

Что касается Петербурга, ну как можно быть полдня в Петербурге и ничего не делать, не работать, хотя это и воскресенье? Поэтому в Петербурге была встреча с активом петербургского «ЯБЛОКА», длительная встреча, как и встреча в Новосибирске, она записана на видео, и её все могут посмотреть. Там был открытый разговор об актуальной повестке дня именно для партии «ЯБЛОКО» – не только в Петербурге, но и в России в целом.

Я член политкомитета партии, нас всего 14 человек. У членов политкомитета в принципе должны быть дополнительные публичные обязанности перед партией: мы не можем работать только в своем регионе, но так складывается, что все члены политкомитета – люди достаточно занятые и системных поездок по регионам у нас нет, в чем нас часто и справедливо упрекают.

Поэтому, когда появилась возможность полететь в Новосибирск из Петербурга, то, возвращаясь в Петербург, мы провели также встречу и с командой петербургского «ЯБЛОКА» и, также кстати, состоялось очень интересное – для меня как для собеседника интересное – интервью с главным редактором «Эха Москвы в Петербурге» Виталием Дымарским, оно также вышло в свет на минувшей неделе. Поэтому специального умысла эти поездки не носили, ни к чему не приурочены.

Александр Савенко: Но при этом позавчера в рамках своей программы в интернете вы дали понять, что подобные поездки будут продолжаться, сказали, что не можете ездить сильно уж часто, но, по крайней мере, раз в месяц такое окно будете находить. Я же все рассматриваю через призму подготовки к съезду партии и выборов председателя, да? И я так понял, что примерно, там, 10, 12, 15 регионов, может быть, объедете за это время, а больше-то и не надо. Третий по численности город Новосибирск уже окучен, Санкт-Петербург постоянно в орбите вашего внимания, Москва вас, как мы понимаем, теперь не интересует.

Максим Костиков: Просто обожает.

Александр Савенко: Ну да, если говорить серьезно, с одной стороны, обожает, а вы дистанцируетесь и выступаете таким певцом российской провинции теперь, да? Вы не москвич и, как вы там…

Лев Шлосберг: Я и не был москвичом, я всегда подчеркиваю, что я человек из российской провинции. Саша, я на самом деле крайне веселюсь над тем, сколько много пищи создала, в принципе, достаточно рядовая поездка в две российские столицы – столицу Сибири и культурную столицу – одного псковского политика, поэтому мне очень интересно вас послушать, когда все это складывается в единую картину.

Максим Костиков: Так все-таки амбиции-то есть или нет?

Лев Шлосберг: Сейчас отвечу на вопрос…

Максим Костиков: Мы же хотим сладкое.

Лев Шлосберг: Я понимаю.

Александр Савенко: Стартовала уже кампания кандидата на пост председателя «ЯБЛОКА»?

Лев Шлосберг: Вы хотите не сладкое – вы хотите мясо и сладкое вместе. Не факт, что это полезно. Коллеги, что касается поездок, есть большой запрос у регионов, чтобы к ним приезжали люди, участвующие в руководстве партией «ЯБЛОКО», это большой запрос наших региональных команд. И эти просьбы поступают ко всем членам политкомитета регулярно. Я буду стараться откликаться на эти просьбы в меру моих возможностей. Мне очень интересны эти поездки.

Тот же Новосибирск – я никогда не был в этом городе, я не знаком с элитой Новосибирска, я не знаком со СМИ Новосибирска, но вот я приехал в Новосибирск – и частный телеканал «НСК 49» предложил мне часовой эфир. В студии сидели жители города, задавали вопросы, и в минувшее воскресенье запись вышла в свет. К сожалению, в Пскове такое представить себе невозможно: во-первых, нет частных телеканалов, во-вторых, нет эфиров с представителями оппозиции. Для Новосибирска это, как выяснилось, не является никакой проблемой. Хотя мы записывались долго, около двух часов длилась запись, в итоге около 40 минут вышло в эфир, получилась хорошая, интересная передача. У меня много откликов на эту передачу – и тех, кто видел её в Новосибирске, и тех, кто посмотрел в записи.

Теперь к сладкому мясу, как просил Максим Эдуардович, что касается выборов председателя партии. Во-первых, откликнусь на Эмилию Эдгардовну: у меня с ней очень хорошие личные и деловые отношения.

Александр Савенко: Мы помним.

Лев Шлосберг: То есть нет никакого абсолютно…

Александр Савенко: Антагонизма.

Лев Шлосберг: Его и не было – никакого конфликта с Эмилией Эдгардовной, когда ее избрали председателем партии, не было и, должен подчеркнуть, что с её стороны в мой адрес или адрес людей, которые открыто, публично поддерживали мое избрание председателем партии в 2015 году, не было: ни одного высказывания и ни одного движения, которое можно было бы воспринять как политическое действие отрицательного характера.

Что касается выборов председателя партии в 2019 году: моё участие в них возможно – это не является никакой тайной, это обсуждается. Но и в 2015 году, когда я предлагал свою кандидатуру партии для избрания председателем, главным мотивом было – и многие в партии это услышали тогда, я могу это повторить сейчас – главным мотивом было не стать председателем партии «ЯБЛОКО», главный мотив был привести партию в федеральный парламент. Это задача общероссийская, она очень интересная, она очень сложная, и она, по сути, надпартийная.

Партия своими собственными ресурсами в сегодняшних условиях не может стать федеральной парламентской партией. Поэтому у нас в партии этот вопрос – о выборах председателя – фактически уже дискутируется. Думаю, что съезд состоится в конце 2019 года, как и положено по уставу. Если команда партии в целом – идет речь о самых разных группах в партии, о разных региональных организациях – публично заявит, что партия готова бороться за статус парламентской партии в 2021 году, тогда имеет смысл баллотироваться в председатели. Сама по себе должность председателя федеральной партии без того, чтобы приступить к решению этой задачи…

Максим Костиков: А что, такое может быть, чтобы...

Александр Савенко: …не стали участвовать в парламентских выборах?

Максим Костиков: …не ставили задачи победить на выборах?

Лев Шлосберг: Партия может поставить перед собой разные задачи: допустим, увеличить количество фракций в законодательных собраниях с трёх до пятнадцати, и это весьма значимая политическая задача. Почему нет? Допустим, поставить задачу, чтобы в каждом городе-миллионнике в городской думе были представители партии «ЯБЛОКО»: это большая задача, она тоже является политической задачей и потребует большого труда.

Но, на мой взгляд, председатель партии и команда партии должны быть ориентированы на максимально высокие задачи. Если партия подтвердит, что она готова два года безостановочно работать над тем, чтобы вернуть себе статус парламентской партии и поддержать наших избирателей. Потому что главная задача – не просто пройти в Госдуму и снова войти на седьмой этаж старого здания Госплана, где располагалась фракция «ЯБЛОКА» с 1993 по 2003 год. Нет, идёт речь о том, чтобы поддержать наших избирателей и защитить их. Если партия готова решать эту задачу, то я готов рассматривать вопрос об избрании председателем партии.

То есть это общепартийная задача, и это не вопрос о том, кто будет работать председателем партии «ЯБЛОКО», – это вопрос о том, какие задачи будет перед собой ставить политическая партия в ближайшем двухлетнем периоде.

Председатель партии избирается на четыре года, то есть фактически тот председатель, который будет избран в декабре 2019 года, так или иначе поведет партию на выборы в Государственную Думу в 2019 году. Вопрос – с какой задачей. И это вопрос внутрипартийной дискуссии, по которой должно быть согласие.

Александр Савенко: Там ограничение по срокам есть – два, то есть Эмилия Слабунова имеет право участвовать.

Лев Шлосберг: Да, Эмилия Эдгардовна имеет полное право.

Александр Савенко: Вам известно о ее планах?

Лев Шлосберг: Мы не разговаривали с ней об этом, я считаю это неэтичным. Я считаю, что любой председатель партии, отработавший один срок, имеет право выйти на съезд, отчитаться о работе и предложить свою кандидатуру ещё раз. Мы встречаемся регулярно и разговариваем. Я не ставил такой вопрос перед ней, я считаю, что я в принципе не должен этого делать. У неё есть право баллотироваться, и она имеет на это. Это решение принадлежит ей.

Максим Костиков: А с великим гуру вы обсуждали свое дальнейшее участие в борьбе?

Лев Шлосберг: Я так понимаю, Максим Эдуардович, вы так мягко и образно обозначили Григория Алексеевича Явлинского.

Александр Савенко: А давайте я еще одним воспоминанием поделюсь.

Лев Шлосберг: Да.

Александр Савенко: В 2015 году на предыдущих выборах председателя партии «ЯБЛОКО» именно позиция Григория Явлинского, бессменного лидера организации, и ближайших его, можно сказать, соратников, представителей прежде всего, московской, так сказать, группы, и предопределила исход голосования, как я помню, да?

Максим Костиков: Притом достаточно жестко на самом съезде.

Александр Савенко: Соглашусь.

Лев Шлосберг: Съезд завершился – второй тур завершился – со счетом 93 на 56. Позиция Явлинского не предопределила голосование, а оказала влияние на голосование нескольких десятков делегатов съезда. Как основатель – один из основателей партии «ЯБЛОКО» – и влиятельный политик, Явлинский имел полное право заявить свою позицию, что он и сделал. Насколько я понимаю, в его глазах, для него как основателя партии Эмилия Эдгардовна Слабунова была более комфортным в руководстве партии соратником по общероссийскому политическому руководству. Он имеет полное право об этом сказать.

В партии «ЯБЛОКО», по счастью, сохранилась внутрипартийная демократия, и когда политик не совпадает в позиции с основателем партии, это не означает, что он изымается, изгоняется из партийной жизни. Я набрал столько голосов, сколько за меня проголосовало людей, при этом меня избрали членом федерального политкомитета с весьма высоким результатом голосования (я не помню счет, но это был третий или пятый результат из 15 избранных тогда членов политкомитета). И, собственно говоря, на этом был достигнут внутри съезда консенсус. С таким счетом мы вышли с декабря 2015 года.

Дальше будет съезд, но, кроме того, перед съездом, буквально через три недели, 15-16 декабря, в Москве, в городе Московский, пройдет федеральный совет партии «ЯБЛОКО»: это наш «совет федерации», в его работе участвуют по два представителя от каждого региона – председатель регионального отделения и специально избранный региональной организацией член федерального совета. На повестке дня федерального совета будет реформа партии.

Федеральный совет не принимает решений, он не вносит изменения в устав партии, но он обсуждает проекты, предложения, вырабатывает позиции. Там ожидается обширная двухдневная дискуссия. Перед федеральным советом состоится заседание полтикомитета партии, очевидно, в пятницу, 14 декабря, и я полагаю, что эта внутрипартийная дискуссия прояснит для многих наблюдателей, исследователей, комментаторов – и в том числе для «Псковской ленты новостей» – многие события, которые происходят внутри партии «ЯБЛОКО».

Мы сейчас готовимся к федеральному совету, идет буквально безостановочная дискуссия, что из себя должна представлять реформа партии «ЯБЛОКО» и с точки зрения политической, по содержанию, позиции партии, её посланию обществу, и с точки зрения организационной. Это всё дискутируется. Я думаю, что федеральный совет, как и предшествующие коллегиальные заседания партии, будет транслироваться в живом эфире, все будут иметь возможность увидеть выступления, дискуссии и мнения…

Александр Савенко: С нетерпением ждем, кстати.

Лев Шлосберг: В общем, отложите все дела на выходные 15-16 декабря, YouTube…

Александр Савенко: Так а если все-таки возвращаться к конкретной позиции Григория Алексеевича Явлинского, вы же наверняка делились с ним своими планами, как-то смотрели на его реакцию. Вот какова его позиция на данный момент?

Лев Шлосберг: Мы с ним не обсуждали выборы председателя партии в 2019 году. Этот разговор у нас ещё не состоялся, и я открыто об этом говорю. Официально кампания по выборам председателя партии ещё не стартовала. Мое личное предположение заключается в том, что «ЯБЛОКУ» нужно отстраивать внутрипартийные демократические институты, в частности, институт открытых всеобщих внутрипартийных праймериз.

Я сторонник того, чтобы перед выборами председателя партии проходило всеобщее внутрипартийное голосование с поездками заявившихся, во всяком случае, политически завившихся, участников выборов по крупнейшим региональным организациям, выступления, дискуссии. То есть нам нужно провести качественную, содержательную предкампанию перед голосованием на съезде.

Съезд – это даже меньше, чем федеральный совет. На съезд избирается один делегат от региона («ЯБЛОКО» сейчас не располагает большими денежными средствами), и по статусу на съезд могут быть избраны отдельно от этого делегата депутаты законодательных собраний, депутаты городских дум административных центров, члены контрольных и иных выборных органов партии, то есть в сумме, получается, съезд – это 125-130 человек. Федеральный совет даже больше.

На мой взгляд, необходимо принять политическое решение партии о том, что выборы председателя партии «ЯБЛОКО» проходят в максимально открытой и конкурентной борьбе. Я буду считать сейчас это своей задачей вне зависимости от того, приму ли я личное участие в выборах председателя партии.

Александр Савенко: А я напомню, что это программа «Особое мнение». У нас сегодня в гостях Лев Шлосберг, руководитель регионального отделения партии «ЯБЛОКО» и депутат Псковского областного Собрания. Телефон в студии - 56-73-72, мы ждем ваших звонков и продолжаем общение в прямом эфире.

Максим Костиков: Лев Маркович, мы поговорили о «яблочных» делах на уровне Федерации. Каково положение в региональном отделении партии «ЯБЛОКО» после, мягко говоря, не самых простых выборов, которые прошли в этом политическом цикле? «ЯБЛОКО» – по ряду объективных и субъективных причин (мы это уже обсуждали) – не очень удачно выступило в этой кампании, большинство кандидатов были тем или иным образом сняты с выборов. Как сегодня региональное отделение себя ощущает, какова потенция, какие планы? Планируете ли выдвигать своих кандидатов вновь на главы районов после не очень удачного опыта этого года и последующей судебной эпопеи? Как строится взаимоотношение с исполнительной властью, в частности с губернатором Михаилом Ведерниковым? Вот об этом давайте поговорим.

Лев Шлосберг: Что касается итогов 2018 года, мы их подвели на отдельном совещании: 27 октября в Пскове мы собрали практически весь наш лидерский актив – около 50 человек. У нас сохраняется стабильная, надежная, открытая коммуникация со всеми нашими районными командами.

Казус 2018 года с судебным снятием кандидатов проанализирован и нами здесь, и на политкомитете партии мы обсуждали также этот вопрос: я высказал свое мнение, в какую сторону необходимо изменить устав партии, чтобы сделать невозможным такого рода провокации.

Хочу ещё раз повторить, что в течение 15 лет партия «ЯБЛОКО» на уровне всех регионов кандидатов на муниципальные выборные должности – и депутатов, и глав – выдвигала решением региональных советов от имени регионального отделения.

Максим Костиков: Мы помним, да. И никто по этому поводу...

Лев Шлосберг: Да. Эту практику сломали суды. В этом году выигравшие списки партии в Екатеринбурге и Великом Новгороде точно так же выдвигались региональными советами от лица регионального отделения как избирательного объединения.

Суды сформировали, на мой взгляд, под влиянием вполне конкретных политически мотивированных людей новую судебную практику, и эта практика, в моем понимании, должна быть учтена. Мы полностью понимаем, как нам дальше действовать на период избирательных кампаний до того момента, когда устав партии будет изменен или уточнен, если так можно сказать.

Что касается потенциала, потенциал остается без изменений, потенциал – это наши возможности. Мы не потеряли ни одного человека, в том числе те кандидаты, которые не смогли в итоге принять участие в выборах, все эти кандидаты с нами, мы продолжаем общение с ними и участвуем в тех муниципальных проектах и в решении тех задач, которые эти политики перед нами ставят.

В будущем году ожидается шесть выборов глав районов и выборы в трёх муниципальных образованиях – сельских поселениях. Мы готовимся к выборам во всех районах, готовимся к выборам в сельских поселениях. У нас никоим образом не изменилась политическая задача, мы понимаем, как в такой ситуации нам действовать.

Максим Костиков: То есть вы не отказались от борьбы на муниципальном уровне.

Лев Шлосберг: Мы не отказались. Собственно говоря, такой вопрос вообще не стоял в повестке дня, мы и в этом году были готовы к борьбе. Более того, если бы мы не были готовы к борьбе, никто бы не снимал наших кандидатов с выборов: кому они тогда были бы нужны?

Максим Костиков: Ну, если звезды зажигают или, наоборот, гасят, то это кому-нибудь нужно.

Лев Шлосберг: Это кому-нибудь нужно, да. Если б мы были ростовыми куклами, то мы никому не были бы интересны в качестве политиков. Поэтому, на мой взгляд, мы получили определенный опыт, хотя этот опыт очень трудный. Совместное переживание такого опыта делает людей сильными. Люди, которые остаются вместе друг с другом, они этот опыт воспринимают правильно.

Кстати говоря, сегодня, 21 ноября, ровно год со дня вступления в должность Юрия Сергеевича Павлова, главы Гдовского района. Мы только что с ним встречались, обсуждали текущую повестку дня Гдовского района, поздравили друг друга с непростым достижением 2017 года. Мы продолжаем работать по развитию Гдовского района и выполнять наши обязательства перед избирателями.

Естественно, каждый избранный глава от оппозиции видит перед собой картину, которая в любом случае отличается от того, что представляет себе кандидат на должность главы района: бюджетная ситуация всегда хуже ожидаемой, ситуация кадровая всегда хуже предполагаемой, и много других вещей открываются перед человеком, который избрался на должность, именно с момента вступления в должность.

Но сильные политики отличаются тем, что они эту информацию воспринимают и живут и работают в таких условиях.

Отдельный вопрос по отношениям с Михаилом Ведерниковым, который избран губернатором Псковской области.

Александр Савенко: Тем более ведь в понедельник встречались в рамках консультаций по бюджету и с ним, и с заместителями.

Лев Шлосберг: Да, впервые после выборов у нас прошла встреча в рамках консультаций губернатора с фракциями по проекту бюджета, внесенному в областное Собрание. Я высказал свою оценку бюджета – она, мне кажется, была опубликована и на «Псковской ленте новостей». Бюджет крайне плохой, он хуже на несколько миллиардов – это чувствительно для Псковской области – хуже, чем проект бюджета, внесенный Ведерниковым же год назад. Ведерников говорит, что есть обещание правительства по различным ведомствам и различным госпрограммам добавить около пяти миллиардов рублей.

Александр Савенко: Более: пять с половиной миллиардов.

Лев Шлосберг: Ну, около – я буду называть это мягко. Я ответил на это только одно: «Пусть добавят». Пусть Федерация сначала добавит. Я поднимал на встрече с губернатором пять основных тем. Первая – это хроническое недофинансирование муниципальных бюджетов, и мне было сказано, что да, проблема понятна и она будет обсуждаться, точнее, она уже обсуждалась с главами районов и создана некая аналитическая группа, которая должна будет проверить, насколько эти обязательства действительно находятся в дефицитном положении. Но это известно всем: у нас 15,5% доходной части бюджета области распределяются между муниципалитетами в рамках консолидированного бюджета.

Вторая проблема – я обращаю внимание на то, что собственные средства Псковской области никоим образом не позволяют решить задачу полноценного финансирования здравоохранения. Модернизация и оптимизация, которая была сделана по инициативе Андрея Турчака, ухудшила положение здравоохранения в Псковской области.

Вот последний просто классический случай (я вынужден был поднять эту тему на встрече с Ведерниковым). Обращаются жители села Ляды Плюсского района, бывшего районного центра еще полвека назад: у них закрыт стационарный пункт скорой помощи, который располагался именно в Лядах и радиус обслуживания был 50 километров. Соответственно, там были три фельдшера и три водителя.

Все кадры сокращены, машина стоит в нерабочем состоянии, скорая едет либо из Плюссы, либо из Струг Красных. Уже умирают люди, до которых скорая не доезжает. А плюсская больница была одной из самых успешных районных больниц, у нее был постоянный профицит бюджета за счет обслуживания дачников, приезжающих на летнее время в район: там население в три раза увеличивается, и больница во главе с господином Гохманом уверенно этой ситуацией пользовалась. И вот это всё «оптимизировалось», в итоге ключ принятия решения в Стругах Красных, а Плюсса – это некая северная территория, где живёт непонятно кто.

И вот Вера Васильевна Емельянова сказала, что перед нею уже отчитались, что пункт скорой помощи восстановлен две недели назад. А я говорил с людьми за два часа до начала совещания по телефону, и я точно знаю, что там ничего не восстановлено: предлагается звонить врачу общей практики по телефону, и он должен по телефону понять, вызывать ли скорую из Плюссы или не вызывать скорую из Плюссы – ехать ли в Ляды. Вот такое безумие.

Поэтому общая оценка ситуации в здравоохранении заключается в том, что примерно двух миллиардов в год не хватает Псковской области на поддержание – нормальное поддержание – действующей сети здравоохранения. Это серьезнейшая бюджетная задача, решить её без существенных дополнительных финансов невозможно, потому что страховая медицина, так называемое одноканальное финансирование, привело к катастрофической ситуации все малые лечебные учреждения. Это не только в Псковской области – это везде.

Третья проблема, которую мы обсуждали, – это проблема поддержки малых сельхозпроизводителей, которые позволяют обеспечивать естественный образ сельской жизни, и это не вопрос агрохолдингов, а вопрос поддержания сельской жизни – вопрос именно малых сельхозпроизводителей.

Максим Костиков: Это Конашенков вам, наверно, подсказал, фермер.

Лев Шлосберг: Этот вопрос, безусловно, подсказан Ассоциацией крестьянских и фермерских хозяйств Псковской области «Псковский фермер», которую возглавляет Александр Конашенков, мой заместитель по партии, доктор сельскохозяйственных наук и четырежды депутат Гдовского районного Собрания, но при этом это всё подсказано самой жизнью: активных фермеров в Псковской области чуть меньше ста, и я высказал предположение, что имеющаяся сегодня господдержка за счет бюджета области (около 100 миллионов рублей и примерно 300-350 добавляется из бюджета Федерации) категорически недостаточна, нужно примерно в два раза больше.

Александр Алексеевич Котов скептически прокомментировал: «Да из этих ста от силы 10-15 могут вообще обращаться с кредитами банков». Я ответил: «Конечно, это же вопрос имущества в залог, это вопрос обеспечения банковского кредита».

Но помощь государства фермерам не может ориентироваться только на распределение денег через «Россельхозбанк» – есть другие инструменты, есть гранты и другие институты поддержки. Так или иначе, мы это детально обсудили, и госпоже Салагаевой, новому заместителю губернатора по экономическим вопросам, дано задание произвести оценку возможного потенциала фермерского сообщества и, возможно, поставить вопрос об увеличении и нашего финансирования – областного, и федерального.

Четвертая проблема – это проблема госдолга. Совершенно очевидно, что она является для Псковской области тяжелейшей проблемой последних 7-8 лет. За ближайший финансовый год по официальному проекту бюджета области госдолг вырастет на миллиард триста миллионов. Псковская область не выполнила, как мы и говорили на сессии публично (у меня была дискуссия с Ведерниковым) пять дополнительных соглашений о реструктуризации госдолга, подписанные госпожой Бариновой 29 декабря 2017 года.

Они были невыполнимы абсолютно, что проявилось сразу же в первом квартале 2018 года, на область наложили штраф в виде досрочного погашения миллиарда ста миллионов рублей – это колоссальные для нас деньги – и сократили бюджетные кредиты Минфина, которые даются под одну сотую процента: их можно было бы брать безнаказанно.

В итоге даже официальные цифры областного финансового управления показали, что доля коммерческих кредитов в перспективе трехлетки растет, доля бюджетных кредитов падает, и это в чистом виде долговая петля – без её решения невозможно вытащить бюджет Псковской области.

Ведерников сказал, что надеется на изменение отношения Федерации к российским регионам. Эти надежды пока, на мой взгляд, безосновательны. В Новосибирске я встречался в том числе и с депутатами в Законодательном собрании: там бюджет – 150 миллиардов, в отличие от наших 30, только там почти три миллиона жителей, и в пересчете на одного жителя это 50 тысяч рублей в месяц. И там огромный субъект Федерации, около 35 муниципальных районов, они все сгруппированы около железных дорог – Транссиба и других – и огромный город Новосибирск, который задыхается без денег. Там транспортные коллапсы, там зимой просто не убирают снег... Ну, фактически не убирают, потому что нет мощностей.

Поэтому это общероссийская проблема – полное пренебрежение к провинции. И сознательно: сейчас регионы стимулируются к тому, чтобы вводить дополнительные налоги, а те ставки региональных налогов, которые могут регулироваться, устанавливать по максимальной ставке, то есть максимально ужесточать нагрузку на бизнес.

Ну и пятая проблема – это ЖКХ. У нас свыше 15 муниципальных предприятий ЖКХ находятся в предбанкротном состоянии, субсидии из областного бюджета не покрывают половину их потребностей с учетом долгов. На консультациях присутствовал Александр Викторович Кузнецов, вице-губернатор по вопросам ЖКХ, он подтвердил, что ситуация именно такова.

Вопрос пытаются разрешать с помощью договоров концессии, но кто будет подписывать договор концессии, когда рушатся сами муниципальные предприятия? Поручено провести совещание и буквально в эту пятницу, Кузнецов должен доложить Ведерникову, каков план выхода из этой ситуации, потому что задача стоит очень простая, называется одним словом: перезимовать.

Вот такие фундаментальные задачи решает сейчас российская власть на расстоянии нескольких километров от границы с Евросоюзом, и это, конечно, крайне печально. Могу сказать, что бюджет по своей структуре выглядит просто вымученным, он вымученный. Администрация была вынуждена открыть частично дефицит бюджета: сейчас он объявлен как миллиард 600 миллионов. Все предшествующие годы администрация искусственно снижала дефицит за счет завышенных доходов, за счет снижения расходов по госпрограммам…

Максим Костиков: Планов приватизации…

Лев Шлосберг: Да, планов приватизации государственного имущества... Показывали примерно полмиллиарда. Бюджет сейчас в таком состоянии, что они не смогли его сверстать, не показав миллиард 600 миллионов дефицита на старте.

Поэтому мой личный прогноз заключается в том, что сейчас администрация будет так или иначе упрашивать правительство дать хоть что-то. Проект после первого чтения бюджета во время второго будет возвращаться в первое чтение, как и в прошлом году, то есть на декабрьской сессии Собрание будет заново возвращаться к бюджету в первом чтении после изменения параметров доходов.

Я не верю в то, что пять с половиной миллиардов рублей придут за две недели между ноябрем и декабрем, не вижу такой перспективы, если только сессию не отнесут на самый конец декабря в надежде, что правительство все-таки распределит какие-либо деньги. Ну и должен вам сказать в заключение бюджетной темы: меня трудно впечатлять бюджетными документами, но я впечатлен проектом федерального бюджета на 2019 год и трехлетний период, который вчера, 20 ноября, прошел третье чтение в Госдуме: два триллиона – профицит бюджета. Два триллиона!

Александр Савенко: Есть деньги.

Лев Шлосберг: Доходная часть – почти 20 триллионов без малого, расходная часть – 18 триллионов. Два триллиона – профицит бюджета. Вся безумная пенсионная реформа с повышением пенсионного возраста оценена в перспективе в полтора триллиона рублей, вся! И здесь у нас два триллиона рублей – профицит в рамках одного года. А вся помощь российским регионам – вся помощь, всем без исключения, включая большие города-миллионники! – менее одного триллиона рублей.

Это совершенно безумный федеральный бюджет, и по большому счету отношение к региональным бюджетам – это отношение к бюджетам второго сорта и людям второго сорта.

Александр Савенко: Вернемся к обсуждению после звонка радиослушателя. Телефон в студии - 56-73-72. Здравствуйте, вы в прямом эфире, мы вас слушаем. Представьтесь.

Радиослушатель: Здравствуйте! Сергей Иванович. Хотел бы обратиться к Льву Марковичу. Лев Маркович... Как сказать? Мы видим апогей всего вот этого, так сказать, правления партии «Единая Россия» и всего государства. Так я вот хотел бы вас спросить, стоит ли так серьезно плакать над этим? Ведь история подходит к концу и, может быть, просто набраться нам всем сил и мужества и переждать, и выстраивать новые коммуникации в будущем, чтобы на освободившейся полянке занять свое место?

А в отношении к ЖКХ и к задолженности и закредитованности я хотел бы высказать мнение нашим гостям и всем слушателям, что пока у нас не будут крупные, богатые, надежные муниципалитеты, всегда будут проблемы с долгами. Так и будет. Спасибо.

Александр Савенко: Спасибо, Сергей Иванович.

Лев Шлосберг: Сергей Иванович, спасибо за ваш звонок и ваши вопросы. Начну с ЖКХ: вы абсолютно правильно – абсолютно правильно! – формулируете задачу. Для того чтобы не было таких сумасшедших долгов по ЖКХ, необходимо нормальное финансовое обеспечение местного самоуправления, потому что это в первую очередь компетенция местного самоуправления. Вы абсолютно правы. Что касается предложения не плакать, переждать и дождаться...

Максим Костиков: Перезимовать.

Лев Шлосберг: Да, перезимовать. Максим Эдуардович пользуется образом только что прошедшей части дискуссии. Предложение ваше понятно. В части «не плакать» я точно не плачу, и задачу перезимовать я воспринимаю следующим образом: нам не все равно, что и как будет построено на руинах этой власти. Если сейчас не заниматься политикой и не общаться с людьми, не высказывать свою позицию и свои оценки, то мы все в широком плане – мы, общество – окажемся не готовы в тот решающий момент, когда нашей стране – а это будет! – представится окно возможностей построить нормальное государство с ответственной перед людьми властью, мы будем не готовы к этой миссии, если сейчас мы просто остановимся и на окраине опушки будем ждать, пока эта опушка освободится. На эту опушку, на эти руины придут волки, и нам там не будет места.

Максим Костиков: А Сергей Иванович в предыдущем эфире уже говорил о том, что будет апокалипсис, русский бунт, бессмысленный и беспощадный. Ну, примерно так.

Лев Шлосберг: Да, сейчас он про апокалипсис и русский бунт не сказал, поэтому комментировать я это не стану, но могу заявить свою позицию. Сейчас перед политиками демократического сообщества стоят две задачи – терпеть и работать. Вот терпеть и работать – это очень трудно, это нужно буквально сжимать зубы и продолжать двигаться, не утрачивать связей с людьми, постоянно разговаривать с ними.

Максим Костиков: Вот про терпеть и работать...

Лев Шлосберг: Большое спасибо за то, что Сергей Иванович об этом говорит в эфире.

Максим Костиков: Спасибо. Про терпеть и работать: Лев Маркович, вы очень подробно рассказали свою позицию по бюджету, даже, в общем, можно вопросов больше не задавать. А вот про взаимоотношения регионального отделения «ЯБЛОКА» и действующей власти, в принципе, кроме того, что вы встречались два раза (один раз – до выборов, второй раз – во время выборов), вы ничего не сказали. Какова позиция? Проясните, пожалуйста, какой сейчас характер взаимоотношений? Потому что те же региональные власти неоднократно и в рамках избирательной кампании, и после посылали месседж о том, что не видят региональное отделение партии «ЯБЛОКО» среди тех политических сил, которым тут место, да? Назовем это так. Более того, много говорилось о том, что благодаря этим «десяти сталинским ударам» «ЯБЛОКО», там, развалилось, центробежные процессы. Вот эта информация – она преподносилась, комментировалась, какие-то предоставлялись факты. Как вы сейчас это прокомментируете? Каковы все-таки отношения? Если они вообще есть.

Лев Шлосберг: Первое: не было никаких «десяти сталинских ударов». Уж если пользоваться такими образными вещами, то была абсолютно четко артикулированная позиция, что региональные власти и конкретно команда Ведерникова не видят Псковское «ЯБЛОКО» частью псковской политической системы, псковского политического сообщества. Но они не видят – а мы видим, вот и все. Это очень просто.

Я подтверждаю, что «ЯБЛОКО» находится в оппозиции к президенту Путину и губернатору Ведерникову, чтобы не было никаких иллюзий по этому поводу. «ЯБЛОКО» – цельная политическая команда, мы никого не потеряли, от нас никто не убежал. Мы со всеми продолжаем работу.

Мы прошли чрезвычайно тяжелую избирательную кампанию, это действительно так, но при этом мы не потерпели поражение, потому что поражение терпят в честной политической и спортивной борьбе. По нам было нанесено несколько ударов со спины и, извините, по голове. Мы это выдержали. Соответственно, мы стали более сильными и более упрямыми. Вот весь итог избирательной кампании 2018 года.

У нас нет никаких личных отношений с господином Ведерниковым. Мы с ним встречались в рамках бюджетных консультаций, потому что таков регламент обсуждения бюджета и, наверно, будем ещё встречаться перед вторым чтением. К этому общению я абсолютно профессионально готов как профессиональный депутат. Никаких ограничений по этим разговорам нет, я действую от лица своих избирателей.

Никакой задачи установить личные отношения с губернатором, отношения доверия, отношения специального отдельного диалога, получить какие-то бонусы, преференции – у нас нет таких мотивов на биологическом уровне. Они отсутствуют.

Максим Костиков: Я понял, спасибо. А изменился ли характер отношений ваших лично, «ЯБЛОКА» с региональной властью до прихода Ведерникова и после прихода, да? Я имею в виду, у вас были тоже непростые отношения с прежним губернатором Андреем Турчаком. Вот как вы оцениваете климат: какой был тогда и какой сейчас? Что-то поменялось?

Лев Шлосберг: Политическая система в России осталась без изменений, и политическая система в Псковской области осталась без изменений. Частности, особенности тех или иных политиков не влияют на эту систему абсолютно никак. Мы были оппозицией при Турчаке – мы являемся оппозицией и при Ведерникове.

Максим Костиков: То есть ничего не поменялось?

Лев Шлосберг: В системе не изменилось абсолютно ничего.

Максим Костиков: И в характере этих отношений – тоже?

Лев Шлосберг: С господином Турчаком Псковская область прожила восемь с лишним лет, это целая политическая история, и там были разные периоды. Это история, скажем так, до 2014 года и после 2014 года.

Господин Ведерников в Псковской области год с небольшим – и могу сказать, что этот год, что я не вижу системных изменений. У нас не было личных взаимодействий в принципе. Сама система отношений оппозиций и власти сейчас в нашей стране исключает такого рода отношения, они категорически вредны. Вступать в личные отношения можно с людьми, которым ты доверяешь, с кем ты можешь даже неформально, за закрытыми дверями обсуждать какие-то вопросы.

Я вижу, что у нас в Псковской области есть государственная власть, установленная и сформированная в соответствии с теми стандартами, которые фактически сформированы администрацией президента. Это типовая администрация российского бедного региона, решающая одновременно политические задачи, общественные задачи и экономические задачи. Эти задачи не изменились в связи с приходом Ведерникова.

Другое дело, что попытки представить Михаила Ведерникова как человека, который исправит ошибки Андрея Турчака и будет вести иную внутреннюю политику, пока ничем не завершились. В конце концов, по тому же бюджету мы видим: денег меньше, чем в прошлом году. Это показывает абсолютно пренебрежительное, если не сказать презрительное, отношение Федерации и к таким регионам, как мы, и к тем же политикам, кого она сама ставит на власть, приводит к власти. Никакого индивидуального отношения к Ведерникову у федеральной власти нет.

Максим Костиков: Спасибо. Лев Маркович, в этих условиях, находясь постоянно в статусе оппозиции, необходимы какие-то там партнеры, политические партнеры, я имею в виду, какие-то, возможно, союзники, попутчики. Ну, с системной оппозицией у вас отношения, мягко говоря, не сложились.

Лев Шлосберг: Да спокойные у нас отношения.

Максим Костиков: Ну, они... Может быть, вы так говорите, что они спокойные, а они вас...

Лев Шлосберг: Нет, просто спокойные.

Максим Костиков: Они вас как-то не очень любят и когда приходят на...

Лев Шлосберг: Упаси бог, чтобы меня кто-то любил в политике, это самое опасное!

Максим Костиков: Да, я имею в виду, коммунисты, справедливороссы, элдэпээровцы. Для них общее место – последние пару лет говорить, что «нам со Шлосбергом не по пути». То есть если раньше они еще как-то находили какие-то фразы: «Мы, там, готовы на какие-то тактические союзы», – сейчас полное отрицание.

Лев Шлосберг: Максим, это не так. Извините, что я вас прервал в завершение эфира, я займу одну минуту. У нас есть нормальное парламентское взаимодействие практически со всеми депутатами. Нам нужно было внести совместно четырьмя фракциями – «ЯБЛОКО», КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия» - на парламентский час вопрос о состоянии государственных транспортных предприятий области, как автомобильных, так и авиационных, – мы внесли. Надеюсь, что в декабре вопрос будет рассмотрен на сессии областного Собрания. С тактической точки зрения у нас нормальное взаимодействие, но мы занимаем в России разные политические ниши.

Максим Костиков: Я понимаю.

Лев Шлосберг: И это совместить, во-первых, не нужно, во-вторых – бесполезно.

Максим Костиков: Согласен. Я про другое: я хотел бы поговорить о так называемой несистемной оппозиции, которая все больше поднимает голову и становится все более заметной.

Лев Шлосберг: Какой опасный термин! «Несистемная оппозиция поднимает голову». Максим, будьте аккуратны.

Максим Костиков: Лев Маркович, я и так постоянно под колпаком у Роскомнадзора, тут...

Лев Шлосберг: Понял.

Максим Костиков: Нас проверяют бесконечно.

Лев Шлосберг: Не сомневаюсь.

Максим Костиков: Так вот, я о том, что в Псковской области последний год активизировалась несистемная оппозиция – под разными флагами, под разными знаменами. Тут вам и «Открытая Россия», тут и сторонники Навального проводят митинги, устраивают какие-то акции, то приковывают себя наручниками, то их приковывают. Как собираетесь с ними дальше продолжать общаться? Потому что вы то появляетесь на совместных мероприятиях с ними, то дистанцируетесь от них. Вот каков характер взаимоотношений? Вы их видите какими-то своими, там, сателлитами, партнерами, друзьями, единомышленниками? Тем более некоторые из них, как вот, например, Николай Кузьмин, он у вас и в «ЯБЛОКЕ», насколько я понимаю, и в том числе активист Навального.

Лев Шлосберг: Я с глубоким уважением отношусь ко всем людям, кто публично, открыто заявляет позицию несогласия с властью Владимира Путина и «Единой России». Все эти люди заслуживают безусловного уважения. В случаях, когда им нужно оказать поддержку, информационную, юридическую, политическую, я эту поддержку оказываю.

Что касается участия в митингах, когда у меня есть возможность и, в моем понимании, необходимость прийти на митинг, я прихожу. Если я считаю, что я не вижу для себя политической необходимости участвовать в митингах, в частности, под националистическими знаменами, я туда не прихожу. Я эти вещи четко разделяю. Когда штаб Алексея Навального организовывал митинг против повышения пенсионного возраста, безусловно, я в нем участвовал, и это принципиальная политическая позиция. Выходить на митинг одновременно с людьми, которые...

Максим Костиков: …представляют собой «Русский марш»...

Лев Шлосберг: ...которые представляют собой фактически «Русский марш», демократические политики в России не должны, и я это открыто, в том числе и в СМИ, объясняю всему обществу – не только коллегам по политической работе, но всему обществу. Это принципиальный вопрос.

Что касается политических отношений: во-первых, в России, как и везде, в политике действуют партии, в выборах участвуют партии. Сейчас мы говорим об организациях, которые не являются частью партийной системы. У нас нет необходимости отстраивать свои отношения с ними на выборах. Я предполагаю, что многие из этих людей (даже знаю) за нас голосуют во время избирательных кампаний, и я за это благодарен этим избирателям и этим политикам.

Что касается возможного взаимодействия, то я вижу сегодня в той ситуации, которая сложилась в нашей стране и в Псковской области, только один вариант: те несистемные политики, кто хочет попробовать свои силы в политической работе и борьбе, могут присоединиться к псковскому «ЯБЛОКУ» и выдвигаться в качестве кандидатов на выборах любого уровня. Мы открыты.

У нас, безусловно, должно произойти обсуждение политической позиции. Мы не выдвинем кандидатом политика, который заявит: «Россия – для русских». Это невозможно. Но мы будем обсуждать участие – готовы обсуждать участие – любых демократических, оппозиционных, альтернативных политиков в политической жизни вместе с Псковским «ЯБЛОКОМ», если люди готовы заниматься благоустройством Псковской области, города Пскова, наших районов, сел и городов. Это абсолютно четкая площадка для совместной работы.

Максим Костиков: Спасибо.

Александр Савенко: Очень мало времени остается до окончания эфира. Не могу не задать вам этот вопрос на тему, благодаря которой вы в последние дни попали в федеральные СМИ и которую неоднократно комментировали. Наверно, догадываетесь, что речь идет о...

Максим Костиков: Заочной полемике…

Александр Савенко: О заочной полемике, а можно сказать, заочном конфликте с главным редактором журнала The New Times Евгенией Альбац. Ну, очень коротко, в двух предложениях для радиослушателей.

Лев Шлосберг: В двух предложениях все очень просто.

Максим Костиков: Просто я, может быть, уточню еще вопрос.

Лев Шлосберг: Да, Максим.

Максим Костиков: Вы уже говорили о мотивах, и у нее действительно есть логика (я, кстати говоря, согласен с вашей точкой зрения). Просто многие задаются вопросом: зачем вам это было нужно, да? Потому что тем самым вы как бы вносите разлад в эту либеральную среду демократических политиков, политиков, выступающих с позиции антипутинских, и тем самым это привело к какому-то там очередному брожению.

Лев Шлосберг: Первое: не нужно бояться демократических дискуссий среди демократических политиков. Тот политик или журналист, который заявляет, что внутренние – хотя на самом деле открытые и публичные – дискуссии между демократами вредны, он не демократ. Поэтому спокойно относитесь к дискуссиям.

Высказывание было очень простым. Во время живого эфира меня спросил зритель эфира, оказал ли я помощь журналу The New Times, и я объяснил, что не оказал, и объяснил почему. Коротко позиция простая: есть общество с ограниченной ответственностью «Новые времена», единственным учредителем и генеральным директором которого является Евгения Марковна Альбац. Эта организация получает от фонда, основанного великим предпринимателем и меценатом Дмитрием Зиминым, деньги на свою деятельность. Всё, что должна делать эта организация, это сообщать о получении внешнего финансирования, потому что он гражданин России, но у него нет счетов в российских банках, он живет в Европе. Поэтому у него все счета размещены в европейских банках, и он с этих счетов финансирует этот фонд и это общество.

Максим Костиков: Такая же история была с «Псковской губернией».

Лев Шлосберг: Такая же история, как была с фондом «Среда», когда тот же гражданин России Зимин создал российский фонд «Среда» для помощи независимым СМИ, но перечислил в этот фонд свои личные средства со счета в иностранном банке. Никто об этом не думал. Тогда ещё не было ограничения для коммерческих организаций, но для некоммерческих – уже были. И из первых девяти получателей грантов фонда «Среда» три были НКО, в том числе и учредитель «Псковской губернии» АНО «Свободное слово».

Соответственно, организацию внесли по этому глупому закону в список иностранных агентов, организации грозил штраф. Какое приняли решение учредители этой организации, в том числе и я? Мы приняли решение о её ликвидации. Всё. Была создана другая организация, которой были переданы права учредителя на СМИ «Псковская губерния» и права издателя этого СМИ. Мы не шли по миру с протянутой шапкой, потому что мы считаем, что это неэтично, это неправильно.

Я вообще очень горд тем, что люди со всего мира откликнулись и есть такое общество, которое способно за пять дней собрать 25 миллионов рублей, но меня не оставляет вопрос: на что именно. Потому что для того, чтобы спасти интернет-издание The New Times (это уже не журнал, он не выходит, к сожалению, в печатной версии, это всего лишь сайт), достаточно было уйти от оштрафованной организации и создать новую.

Александр Савенко: Нас не оставляет вопрос: вам-то это зачем? Это же не ваша история! Зачем вы ввязались туда? Заслужили упреки в двойных стандартах.

Лев Шлосберг: Это не моя история – меня спросили.

Александр Савенко: Получается, вам можно вести фандрайзинговую деятельность...

Лев Шлосберг: Саша, не было никаких двойных стандартов. Мы, когда ищем деньги для работы псковского «ЯБЛОКА» на выборах и между выборами, мы до тысячи рублей объясняем, на что именно. Но мы объясняем, что нам без этих денег трудно, а иногда даже невозможно работать.

Никакой необходимости собирать деньги со всего мира и платить эти деньги в российский бюджет у общества с ограниченной ответственностью «Новые времена» нет. Оно таким образом ошиблось уже второй раз!.. Ведь четырехкратный штраф (сама сумма финансирования из фонда Зимина 5,4 млн. руб.), умножили на четыре, потому что уже была такая ошибка у этой же организации. Они не обратили на это внимание и, к сожалению, проиграли суды. Я всему этому не рад.

Мне задали вопрос – я ответил, потому что когда мы говорим об общественных компаниях и открытой общественной позиции, то демократические политики, журналисты, лидеры общественного мнения должны открыто объяснять проблемную ситуацию. Если представить себе, что это спасение от банкротства конкретного физического лица, давайте заявим: «Уважаемые граждане, нужно спасти конкретного гражданина от банкротства». Это при том, что по российским законам учредитель ООО, если он оплатил уставный капитал 10 тысяч рублей, не отвечает по обязательствам ООО.

Максим Костиков: Понятно.

Лев Шлосберг: Не нужно было собирать эти деньги, чтобы оплатить штраф, и в этом смысле я категорический противник, чтобы демократические граждане кричали «Волки!», когда волки их не съедят. В следующий раз вы закричите «Волки!» и они будут рядом с вами, но вам не поверят, потому что ситуация ранее была другая.

Максим Костиков: Что вы 25 миллионов отдали режиму.

Лев Шлосберг: И очень важно: не я один заявил эту позицию. Многие журналисты, издатели, комментаторы, аналитики в этой ситуации разобрались и заявили свои претензии, что таким образом эксплуатировать сочувствие демократического общества нельзя, это неправильно. Мы не вступали ни в какой личный контакт с госпожой Альбац, я с ней лично знаком. Но в данной ситуации у меня есть внутреннее этическое несогласие с её публичной мотивацией и её политикой, её действиями: это называется манипулирование общественным мнением. Мы не должны этим заниматься.

Максим Костиков: Она вас обвинила, что вы за «ЯБЛОКО» так мстите.

Лев Шлосберг: Я не вижу, я даже не могу гипотетически предположить, где связь этой позиции, которую поддержали еще десятки компетентных в СМИ людей, с политической партией «ЯБЛОКО» и вообще какими бы то ни было политиками. Я 15 лет руководил изданием, я хорошо понимаю, что такое издавать СМИ в России и что такое получать такого рода подарки, как мы получили в свое время от фонда «Среда», но мы вышли из этого положения, не попросив ни одного рубля у других людей.

Александр Савенко: Коллеги, вынужден прервать: нам необходимо уходить из эфира. Это была программа «Особое мнение» со Львом Шлосбергом. Спасибо и до новых встреч в эфире! До свидания!

Лев Шлосберг: Спасибо, коллеги! Всего доброго, слушатели!

Поздравляем,
Ваш электронный
адрес подписан
на рассылку!