ИСТОРИЯ СЕМЬИ

История нашей семьи обширна. Семейный архив, несмотря на все мировые войны и другие драматические события XIX-XX веков, частично сохранил фотографии, документы, письма.

По имеющимся сейчас данным, наша семья связана с Псковом, Двинском (Даугавпилсом), Витебском, Вяткой (нынче Киров), Санкт-Петербургом-Петроградом-Ленинградом, Москвой и не только.

Отцовская фамилия Шлосберг (Замок на горе, Замковая гора) распространена достаточно широко. У нас много однофамильцев.

Мой дед, отец отца, Наум Исаакович Шлосберг, был одним из наиболее известных до войны псковских фотографов и работал в несохранившемся сейчас ателье светописи на бывшей Сергиевской улице – напротив храма Василия на Горке. Наум Шлосберг ушел на фронт в 1942 году, последнее письмо от него пришло в ноябре 1943 года. Он погиб, очевидно, под Харьковом, место его захоронения неизвестно.

Фамилия Беркал, девичья фамилия моей мамы, менее известна. Ее дед, мой прадед, Лейба-Вульф Беркал, по данным Двинской переписи 1921 года, сын Шлома Янкеле Беркал, родившийся в 1858 году в Ковно (сейчас Каунас), был кантором синагоги в Двинске (Даугавпилсе) и главой большого семейства, разлетевшегося в начале ХХ века по всему миру, от Европы до Америки. Они с супругой Ханной-Ривкой, дочерью Абрама, родившейся около 1860 года, жили в Двинске на улице Петроградской, дом 36. Ханна-Ривка не дожила до начала войны, а прадед был убит нацистами в Даугавпилсе в 1941 году.

Его сын, мой дед, Евсей Беркал, предчувствуя войну, звал отца из Даугавпилса в Псков, чтобы семья была вместе, но старик ответил, что не верит в то, что Красная Армия сдаст Ригу, и остался дома. Точное место и дата его гибели неизвестны. Его имя упомянуто в Латвийском мартирологе Холокоста.

Мой дед Евсей Лейбович (Львович) Беркал (1890, Двинск, – 1971, Псков), после окончания в 1908 году Двинской мужской гимназии переехал в Санкт-Петербург, работал в частной художественной мастерской и одновременно посещал вечерние занятия в рисовальной школе А. Л. Штиглица и воскресные занятия в натурном классе поощрения художеств.

В октябре 1911 года он был призван в армию, в 1914-1916 гг. участвовал в Первой Мировой войне, в июле 1916 года был ранен в ногу, награжден солдатским Георгием, в 1916-1917 гг. лечился от ранения в московском госпитале.

После Октябрьской революции был призван в Красную Армию, но рана давала о себе знать, и по состоянию здоровья в 1920 году был демобилизован, в боях Гражданской войны не участвовал.

В 1923 году окончил Вятский художественный техникум.

Преподавал рисование и живопись в Опытной школе при Псковском педагогическом техникуме и в художественной школе, с 1924 года до начала Великой Отечественной войны работал преподавателем рисования и черчения в псковской школе № 2, получившей после Великой Отечественной войны номер 8 (ныне здание технического лицея на ул. Некрасова, 9), в школе № 12, одновременно вёл занятия по рисованию и лепке в дошкольном педучилище, руководил секцией преподавателей рисования и черчения учителей г. Пскова.

Практически все довоенные картины деда (кроме портретов родителей на ватмане, нарисованных им в 1920-е годы, которые он забрал с собой в эвакуацию) погибли. Возможно, что-то уцелело в домашних собраниях – дед всю жизнь дарил картины, и большая часть его работ расходилась по друзьям и знакомым, считанные работы остались дома.

Для меня фамилии Беркал и Шагал рифмуются не только морфологически, но васильками – дед тоже любил их писать.

С июля 1941 г. до 1945 г. Е. Л. Беркал находился в эвакуации в Мордовии, работал учителем черчения и рисования в средней школе и школе глухонемых детей.

В 1945 году вернулся в Псков и до ухода на пенсию работал учителем черчения и рисования в 8-й школе.

Его супруга, Мария Абрамовна Беркал (Муся-Рохель Абрамовна Ицковна Каценельбейген, 1893, Витебск, – 1970, Псков), после окончания женской гимназии в 1913 году работала счетоводом на заводе в Санкт-Петербурге, где работал и её отец, с 1919 по 1923 год работала счетоводом в транспортной конторе в г. Вятке.

Евсей и Муся познакомились и поженились в Вятке, после чего молодая семья в 1923 году переехала в Псков. Там, после отпуска в связи с рождением двух детей (сына Хонэ и дочери Брони, моей мамы), Муся в 1926 году поступила на курсы дошкольных работников и окончила их, одновременно будучи назначенной по решению гороно заведующей этими же курсами, затем работала сначала воспитателем, а позже директором детского сада № 13 им. Калинина.

5 июля 1941 года с эшелоном детских садов семья Беркал уехала из Пскова в эвакуацию, в Мордовии, где также нашлась работа для воспитателя детского сада.

В 1945 году М. А. Беркал с мужем вернулась в Псков и работала сначала воспитателем, а с 1951 по 1957 год директором детского сада № 2 на улице Пушкина, что напротив драматического театра, а жили они тогда в седьмом доме по улице Ленина (бывш. Архангельской).

Их сын Хонэ Евсеевич Беркал (1923, Псков – 2012, Гомель), старший брат мамы, закончил с золотой медалью псковскую школу № 2 в июне 1941 года, аттестаты выдали выпускникам 16 июня 1941 года.

Уже 23 июня он с друзьями уехал в Ленинград, где поступил в Ленинградское Краснознаменное артиллерийско-техническое училище Красной Армии, куда записался на поступление ещё до начала войны. Через 9 месяцев ускоренных курсов получил назначение старшим артиллерийским техником дивизиона пушечного артполка, формировавшегося в Башкирии.

Воевал в составе 2-й гвардейской общевойсковой армии. В его полку были и молодые парни 19-20 лет, и участники Первой мировой войны. Всех их Хонэ обучал знанию материальной части орудий, стрелкового оружия, артиллерийских приборов, правилам эксплуатации вооружения.

Всю войну Хонэ Беркал был на огневых позициях батарей. Первый бой принял под Сталинградом. Первый орден Красной Звезды получил за то, что во время обстрела позиций полка под огнем врага из трех разбитых гаубиц собрал одну действующую.

Вместе с 2-й гвардейской общевойсковой армией прошел Миус-фронт (Орловско-Курская дуга) и Саур-Могилу на Украине. Освобождал Крым, Севастополь (в том числе прошёл штурм Перекопа), Турецкий вал. Полк преобразовали в бригаду, её перевезли на 3-й Белорусский фронт, там ждали бои в Белоруссии, Литве, Восточной Пруссии, взятие Кенигсберга.

Последние выстрелы его орудия сделали в боях за овладение военно-морской базой немцев – портом Пиллау (ныне Балтийск). Там в звании капитана он встретил Победу.

Войну Хонэ Беркал закончил с двумя орденами Красной Звезды и четырьмя боевыми ранениями. Был награжден медалями «За боевые заслуги», «За оборону Сталинграда», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией», несколькими благодарностями Верховного главнокомандующего. После войны его нашёл третий орден Красной Звезды. Всего около 1000 человек в истории трижды получили орден Красной Звезды.

Летом 1945 года его артиллерийскую бригаду передислоцировали в Белоруссию, в Бобруйскую крепость. Началась послевоенная служба в белорусских городах – Бобруйске, Гродно, Барановичах, Гомеле, Дзержинске, Осиповичах.

Хонэ Беркал хотел окончить военную академию и дальше пойти по армейской службе. Он, фронтовой офицер, трижды безукоризненно сдавал экзамены, но в списке поступивших его фамилии не было. После третьей попытки его пригласил начальник училища, генерал с боевыми орденами, и сказал: «Простите, товарищ капитан, нам запрещено Вас принимать, у Вас не та национальность».

После увольнения в отставку в 1963 году Хонэ Беркал много лет проработал технологом на Гомельском заводе измерительных приборов.

Один из моих прадедов по линии отца, Мендель Мордухович Алесин (1864, Витебск, – 1946, Псков), был закройщиком и типографским рабочим, мастером переплетного дела. Будучи специалистом высокого класса, он имел право покинуть «черту осёдлости», что и сделал, переехав из Витебска в Псков.

Супруга Менделя Алесина Сима Гершевна (1870, Витебск – 1939, Псков) рано осиротела, впоследствии была домохозяйкой, жизнь посвятила воспитанию детей.

Семья Менделя и Симы Алесиных приехала в Псков в 1897 году из Витебска с годовалой дочкой на руках.

Про отца Менделя Алесина Мордуха Алесина (мой прапрадед) известно, что он с супругой Элей жили в Витебске, Мендель работал учителем, супруга была домохозяйкой. В последний раз в гости к детям в Псков он приезжал в 1905-1907 гг.

Большинство наших родных из семейства Алесиных, оказавшихся в Витебске к началу войны, погибли.

Переплетная мастерская Менделя Алесина располагалась на первом этаже единственного сохранившегося и сейчас в Пскове дома-колодца на бывшей Сергиевской (ныне Октябрьский проспект, 16). Ещё несколько лет назад под наслоениями красок можно было рассмотреть буквы от слов «Переплетная мастерская».

Мендель Алесин успел вернуться в Псков после войны в 1945 году и незадолго до смерти, в январе 1946 года, отсудил у работника МГБ (!) незаконно занятый семейный дом Алесиных на ул. Некрасова, 20 (был разрушен в 1974 году при постройке партийного «бобровника»). Именно в саду дома на Некрасова, 20 в 1962 году познакомились мои родители. Их свадьба состоялась 27 октября 1962 года.

Мендель Алесин работал буквально до последних дней жизни, типография «Псковская правда» присылала за ним машину, потому что ему было трудно ходить. Он умер в октябре 1946 года и был похоронен на еврейском кладбище в Привокзальном районе Пскова, в районе улицы Декабристов, позже уничтоженном и застроенном.

Моя бабушка, дочь Менделя Алесина, Нахама Менделевна Алесина (Шлосберг, 1898, Псков – 1988, Псков), работала модисткой в швейной мастерской на той же Сергиевской в краснокирпичном доходном доме Гельдта, – в помещении, где потом долго находился знаменитый магазин «Рыба» (сейчас Октябрьский проспект, 22).

Шляпному делу она училась в течение трех лет (1912-1915, а фактически с 1910 года, то есть с 12 лет) у хозяйки модного магазина Е. В. Кенжинской. В 1912-1915 годах у нее заказывали шляпки мать будущего писателя Вениамина Зильбера (Каверина) и дамы семьи Гельдтов.

Во время Первой мировой войны семья Алесиных жила в Пскове в доме Сафьянчикова на Сергиевской улице – в том же доме, где была мастерская Менделя Алесина.

Бабушкина старшая сестра Геня Менделевна Алесина (1896, Витебск – 1984, Москва) была одной из первых в Пскове женщин-фармацевтов, сдавать экзамены в Харьков ездила во время Первой Мировой войны через две линии фронта. Супругом Гени Менделевны стал Залман Бессмертный (1894, Псков – 1983, Москва), их дети потом переехали в Москву, там живут их потомки.

Многие мужчины нашей семьи погибли при обороне Ленинграда и на лужских подступах к нему. Среди них брат бабушки Залман Менделевич Алесин (1903-1941), Виктор Шлосберг (погиб также в 1941 году, до войны был чемпионом Пскова по шахматам).

В блокадном Ленинграде осталось много нашей родни, а пережили ее только две – двоюродная сестра мамы Рахиль Авербух (она работала военным врачом) и сестра Нахамы Эля Менделевна Алесина (родилась в Пскове в 1902 году, потом жила и работала в Ленинграде, во время войны работала на военном заводе, изготавливавшем пластины для аэрофотосъемки), там давали немного больше хлеба. Пискаревское мемориальное кладбище – наше семейное.

Муж Рахили Соломон Авербух был дважды ранен в 1941 году: сначала в бою около Большого Каскада фонтанов в Петродворце, потом получил тяжелое ранение на Невском пятачке, стал инвалидом.

Мои родители, Броня и Марк, тогда еще незнакомые друг с другом дети, были эвакуированы из Пскова 5 июля 1941 года с эшелоном детских садов. Это подарило мне будущую жизнь. Семья отца была в эвакуации в Киргизии.

Моя мама, Бронислава Евсеевна Шлосберг (Беркал, 1926, Псков – 2004, Псков), окончила естественно-географический факультет Псковского пединститута (директором института тогда был И. А. Мельников), с самого начала и до 1982 года работала в нашей «семейной» школе № 8 – сначала учителем биологии и химии, в последние годы библиотекарем.

Мой отец, Марк Наумович Шлосберг (1929, Псков), после возвращения из эвакуации учился в вечерней школе, одновременно работал, затем окончил физико-математический факультет Псковского пединститута, три года работал учителем физики и математики в Гавровской сельской средней школе Пыталовского района Псковской области, потом преподавал физику и электротехнику в Псковском индустриальном техникуме – до самого выхода на пенсию в 1989 году. Его выпускниками стали около 12 тысяч человек – техники-технологи, работавшие потом на всех псковских заводах.

В Пскове хорошо знают старшего брата отца, адвоката Исаака Наумовича Шлосберга (1926, Псков) и его супругу, врача Анну Товьевну, живущих сейчас в Санкт-Петербурге.

Моя сестра Ирина (1964, Псков) закончила факультет начальных классов Псковского пединститута, работала в 14-й и 7-й школах Пскова, сейчас – в Псковской школе-интернате.

Поздравляем,
Ваш электронный
адрес подписан
на рассылку!