ИНТЕРВЬЮК списку всех интервью

28 июня 2021, 08:20   Источник: Эхо Москвы в Пскове

Лев Шлосберг: «Если вы не идете на выборы, вы отдаете не только государственную власть – вы отдаете самих себя»

Лидер Псковского «Яблока», депутат Псковского областного Собрания в программе «Гайд-парк» на «Эхе Москвы в Пскове» о выборах в Псковской области и Москве, партии «Яблоко», значении выборов 2021 года, оппозиции и эмиграции

Константин Калиниченко: Добрый день, уважаемые радиослушатели! Это «Гайд-парк» на «Эхе Москвы в Пскове». Меня зовут Константин Калиниченко, а в гостях у нас сегодня лидер псковского «Яблока», депутат Псковского областного Собрания депутатов Лев Шлосберг. Лев Маркович, добрый день!

Лев Шлосберг: Константин, добрый день! Добрый день, все, кто слушает нас сейчас.

Константин Калиниченко: Ну что? Поговорим, конечно же, по широкому кругу вопросов и в целом об общественно-политической ситуации в стране (она своеобразная в последнее время). Ну и конечно же, поговорим о псковском «Яблоке», о федеральном «Яблоке» поговорим, о планах Льва Шлосберга на уже, в общем, в разгаре идущий политический цикл: видит ли он перспективы для страны, для «Яблока» и для себя, и какие это перспективы, и где они, в России ли эти перспективы. В общем, много вопросов.

У нас, к сожалению, всего полчаса сегодня, но попытаемся все успеть. Лев Маркович, как текущий момент политический в целом оцениваете? Вот задержание представителей несистемной оппозиции на минувшей неделе – о чем это говорит? Гайка продолжает закручиваться?

Лев Шлосберг: Это говорит о том, что власти готовятся к выборам. Каждый готовится к выборам по-своему. Кто-то готовится к общению с избирателями, готовится доказывать свои позиции, доказывать свою способность представлять интересы избирателей в российском парламенте, в региональном парламенте, а кто-то работает газонокосилкой и зачищает политическое поле.

Безусловно, идет зачистка политического поля, и это показывает, что власть, несмотря на весь колоссальный ресурс, который сейчас у нее есть, не уверена в своих силах и боится любой политической конкуренции, буквально любой.

Константин Калиниченко: Мы каждый раз говорим, что эта социальная физика, термодинамика, что этот котел может взорваться и резьба у этой гайки может слететь. Но вот крутят ее, крутят, крутят – а резьба не срывается, котел не взрывается. Может быть, все не так плохо?

Лев Шлосберг: Котел и резьба – разные вещи. Гайку закручивает сила, обладающая сейчас тотальной монополией на силовые, в том числе насильственные, действия в нашей стране. Их запас на сегодняшний день, физический запас и юридический запас, беспределен. А вот котел – это состояние общества. И у властей есть иллюзия, что если гайки будут закручены до предела, то кипения в котле не будет никогда, притом никакого. Это ошибка социальной термодинамики. Эти люди не учили учебники истории.

Константин Калиниченко: Да, и не учили все то, что, в общем-то… не учили физику, наверно, получается? Потому что, по-моему, все-таки эти законы основополагающие и они в социуме действуют точно так же, как и в материальном мире.

Лев Шлосберг: Время, когда великие физики в нашей стране могли стать великими политиками, к сожалению, прошло.

Константин Калиниченко: В ХХ веке еще.

Лев Шлосберг: Да. Андрей Дмитриевич Сахаров мог стать великим политиком, но, к сожалению, скончался.

Константин Калиниченко: Да, но все мы смертны, что ж поделаешь. Лев Маркович, как оцениваете позицию России в отношении нашего ближайшего соседа и вроде как даже партнера – Белоруссии, особенно в свете инцидента с посадкой самолета Ryanair? Правильно поступило правительство России или же нужно было какие-то другие телодвижения предпринимать?

Лев Шлосберг: Здесь нет интересов России как государства, тем более нет интересов российского общества. Это интересы Владимира Путина как политика. Для него жизненно важно сохранение Лукашенко на той позиции, которую он сейчас занимает. Это сообщающиеся сосуды. Все действия Путина исходят из того, что любой крах режима Лукашенко – это предвестник краха режима Путина. Так устроена сейчас политическая система.

И в данной ситуации, когда на глазах у всего мира Путин дарит Лукашенко (ясно же, что это безвозвратно, это навсегда) 500 миллионов долларов, хочу напомнить: это еще один годовой бюджет Псковской области подарен навсегда человеку, который съест эти деньги, никоим образом не поперхнувшись, никогда их не вернет и снова придет за новыми галошами.

При этом очевидно, что в нашей стране есть вопиющие, совершенно вопиющие потребности социальных трат, которые могут быть покрыты буквально одним этим платежом, который ушел людоеду Лукашенко: это дети, больные спинальной мышечной атрофией, дети, которым нужен один укол лекарства, не сертифицированного в России, «Золгенсма»…

Константин Калиниченко: Который стоит бешеных каких-то денег.

Лев Шлосберг: Который стоит 150 миллионов рублей, 150-160 миллионов рублей – один укол. Этот укол равен спасению жизни, это буквально цена жизни маленького человека, которому несколько месяцев, кому-то около годика. И более того, эти уколы должны быть сделаны вовремя.

Есть еще лекарство «Спинраза», которое в России используется, но это лекарство на всю жизнь: каждый год нужно тратить огромные деньги, чтобы это лекарство давать детям. У нас есть в Псковской области дети, больные СМА, они получают именно «Спинразу» за счет бюджета.

Так вот, этого подарка Лукашенко хватило бы, чтобы купить эти жизненные, спасительные уколы всем детям России, которые сейчас больны спинальной мышечной атрофией. Вот на чаше весов, с одной стороны, диктатура людоеда, с другой стороны, дети, которые могут умереть каждую минуту. Вот такие принимаются сейчас решения, и они для меня являются определяющими.

Я абсолютно уверен в том, что российское гражданское общество и белорусское гражданское общество общий язык рано или поздно найдут, но сегодня сложилась ситуация, когда президенты двух стран не отражают интересы гражданского общества, а отражают интересы своего властного клана, и решают только одну задачу – сохранение власти. Других задач не решают. Для решения этой задачи используются средства бюджета, то есть средства налогоплательщиков. В моем понимании, с точки зрения государства, это социальное и этическое банкротство.

Константин Калиниченко: Ну давайте к нашим, псковским реалиям…

Лев Шлосберг: Давайте.

Константин Калиниченко: Мы немножко уже перешли на тему Пскова. Вот Лев Маркович, мое оценочное, может быть, мнение после нашумевшей, достаточно такой нашумевшей и ставшей мемом даже истории с походом на митинг, мне показалось, что вы несколько исчезли из нашей псковской политической повестки. В чем причина? Вы приняли для себя окончательное решение идти на Москву и решили идти туда, что называется, на все деньги?

Лев Шлосберг: Все деньги – это очень интересно звучит.

Константин Калиниченко: Фигурально, конечно, имею в виду...

Лев Шлосберг: Я никуда не исчез из псковской политической повестки. Более того, присутствие команды Псковского «Яблока», мое личное присутствие в псковской политической повестке, на мой взгляд, усилилось.

Когда в областном Собрании были введены ковидные ограничения по участию прессы, мы сделали формат видеоотчетов о каждой сессии, то есть после каждой сессии я отчитываюсь перед избирателями.

Только за этот год нами с Артуром Гайдуком внесено десять законодательных инициатив – и региональных, и федеральных. В том числе сейчас в областном Собрании рассматриваются внесенные в мае две принципиальные экономические и организационные инициативы.

Первая инициатива – это об изменении концепции поддержки инвестиций в Псковской области. Можно посмотреть на последний Петербургский экономический форум, как бы к нему ни относиться, но многие регионы, в отличие от Псковской области, пришли туда с контрактами на десятки миллиардов рублей и подписали их на виду у всей прессы.

Псковская область пришла с единственным контрактом, который, по некоторым данным, был согласован до Петербургского экономического форума. Разница в суммах составляет десятки раз.

Так вот, мы предлагаем изменить концепцию поддержки инвесторов в Псковской области: изъять у администрации Псковской области монопольное право принимать решения о поддержке тех или иных стратегических или иных проектов, снизить планку инвестиций, которые являются для Псковской области стратегическими, для поддержки до 10 миллионов рублей. Было 100, потом снизили до 50 – это не работает, этого недостаточно. Нужно 10 миллионов рублей, нужно поддерживать свой, доморощенный, псковский малый и средний бизнес. Это принципиальная инициатива.

Кроме того, мы предлагаем принятие решений о поддержке инвесторов передать от администрации специальной комиссии, где будут представители в том числе бизнес-сообщества, представители законодательной власти, не только чиновники и администрация, то есть сбалансировать принятие решений, сделать его открытым и прозрачным.

Второй законопроект является особо ценным для девяти приграничных районов Псковской области. Сейчас мало кто помнит, но в 2014 году по инициативе администрации области лично заместитель губернатора Сергей Перников лоббировал принятие закона (есть лазейка в российском законодательстве): право распоряжения земельными участками, собственность на которые не разграничена (это огромные по площади земли) было изъято у муниципальных районов, у всех девяти, находящихся на государственной границе Псковской области с Эстонией, Латвией и…

Константин Калиниченко: Белоруссией.

Лев Шлосберг: Белоруссией. И передано администрации области. Так вот, в итоге действия с землей, в том числе в отношении малых частных собственников, которые должны длиться месяц, теперь длятся год, потому что машина оказалась неспособной переварить такой объем обращений в одной точке.

Константин Калиниченко: Машина всегда была неповоротливая.

Лев Шлосберг: Она всегда была неповоротливая, поэтому нужно делиться полномочиями. И наше предложение заключается в том, чтобы изменить систему, вернуть этим девяти муниципальным районам право распоряжения землей и таким образом потенциально увеличить доходы местных бюджетов, потому что это их доход. То есть наше участие в псковской повестке является насыщенным буквально ежедневно.

Константин Калиниченко: Я имел в виду, Лев Маркович, немножко другое.

Лев Шлосберг: Давайте, что имели в виду?

Константин Калиниченко: Я имел в виду то, что, глядя на ваши социальные сети, на ваш телеграм-канал, который прекрасно развивается, надо отдать должное, но там в основном федеральная тематика. Такое впечатление, что вы совершенно утратили интерес именно к псковской повестке. Понятно, что мы все глобальными категориями-то любим мыслить, но вот у вас, по-моему, раньше был баланс, а сейчас этот баланс, по-моему, утрачен.

Лев Шлосберг: Баланс есть. Появился телеграм-канал Псковского «Яблока», который еженедельно – буквально еженедельно – отчитывается о работе всей команды, не только о моей работе.

Репосты из этого канала на моем личном канале отражают отчет команды Псковского «Яблока» о работе за каждую неделю. Такого телеграм-канала с такой неделей, плотной, насыщенной, – у нас конкуренция за эти события – нет ни у одной политической партии Псковской области.

Поэтому точно могу сказать, что это никоим образом, то, что вам показалось, удаления от псковской повестки, не произошло. И, кроме того, хочу сказать, выборы в Псковской области будут выиграны не в телеграм-каналах, они будут выиграны в поле, в общении с избирателями.

Константин Калиниченко: Ну дай бог. Ну вот раз о выборах зашла речь, вы, как известно, приняли решение попытать счастья на выборах в Москве в Государственную Думу. Почему? В Пскове вам более не интересно, нет смысла быть депутатом Псковского областного Собрания депутатов?

Лев Шлосберг: Все не так. Я буду участвовать в выборах депутатов Псковского областного Собрания депутатов в составе единого списка псковского «Яблока».

Константин Калиниченко: По списку. Так…

Лев Шлосберг: Я и в 2016 году, пять лет назад, не баллотировался в одномандатном округе, потому что человек, возглавляющий список, если так решит конференция, несет особую ответственность за организацию избирательной кампании. Это политическое лицо выборов.

Совмещать лидерство в списке и одномандатный округ я однажды попробовал в 2011 году и понял, что больше таких ошибок совершать нельзя. Поэтому все будет так же, как в 2016 году. У нас состоится конференция, которая выдвинет список: это будет после 20 июня, я предполагаю. Этот список будет объявлен, все о нем узнают. Я предполагаю, что я буду одним из лидеров этого списка.

Константин Калиниченко: На какое место претендуете в списке: на первое, на второе?

Лев Шлосберг: В Псковском «Яблоке» идет обсуждение нашей конфигурации, идет не первый день, и я думаю, что примерно в течение десяти дней эта дискуссия завершится и мы будем готовы к выдвижению. Мы рассматриваем самые разные варианты конфигураций лидерской части списка.

Константин Калиниченко: А ваша позиция? Вот вы лично предлагать будете себя на какое место в списке?

Лев Шлосберг: Я давно себя не предлагаю ни на какую позицию. Я предлагаю себя на решение коллегии. У нас так устроена политическая команда: люди выскажут свое мнение, и с мнением большинства я соглашусь. Я не буду настаивать на мнении, отличающемся от мнения большинства команды.

Константин Калиниченко: Хорошо. Но тем не менее все же вот этот ваш поход на Москву…

Лев Шлосберг: Мне очень нравится как жителю Пскова «поход на Москву».

Константин Калиниченко: Поход на Москву – это больная тема для Пскова.

Лев Шлосберг: Слушайте, вообще присоединение Московского княжества к Псковскому несет серьезные, мне кажется, риски.

Константин Калиниченко: 500 лет оно уже болезненный эффект имеет, но вот, тем не менее, ваш поход на Москву – выбрали округ, кстати? По какому округу все-таки пойдете в Москве?

Лев Шлосберг: В «Яблоке» идет обсуждение – очень насыщенное обсуждение – расстановки кандидатов по 15 московским одномандатным округам.

Константин Калиниченко: Пока еще идет.

Лев Шлосберг: Я участник этого обсуждения. Я понимаю, о каких округах идет речь. Мы продолжаем эту дискуссию постоянно, в ближайшие дни в Москве будет ещё одна встреча на эту тему. Мы выбираем наилучшую конфигурацию и для партии, и для кандидата.

Константин Калиниченко: А есть какой-то – все же всегда есть план «А», план «Б» – какой-то вот наиболее вероятный округ для вас?

Лев Шлосберг: Я не могу назвать ни одного округа, но могу сказать, что рассматриваются три округа в качестве наиболее приоритетных.

Константин Калиниченко: Три – это какие? Можете их назвать?

Лев Шлосберг: Нет, не могу.

Константин Калиниченко: Не можете, значит…

Лев Шлосберг: Военная тайна.

Константин Калиниченко: «Военная тайна»… Темните.

Лев Шлосберг: Съезд «Яблока» состоится 3-4 июля, вчера об этом было официально объявлено. Это будет уже после съездов других политических партий, поэтому мы к тому времени будем понимать точную расстановку наших противников по округам. Возможно, это будет учтено «Яблоком» при расстановке кандидатов на избирательные округа как минимум в Москве и Петербурге, где у кандидатов-демократов высоки шансы.

Что касается Псковской области, мы видим, какую высокую поддержку, реальную общественную поддержку, человеческую поддержку и даже сопереживание вызывает кандидатура Артура Гайдука.

Дело не только в выборах 2019 года в областное Собрание, где мы смогли выиграть у сильного, административно сильного соперника. Дело в том, что политик такого типа, у которого есть в руках реальное дело, который буквально каждые три-четыре дня выходит на суточную смену, спасает людей и при этом готов делать выводы в отношении государственной политики, во всяком случае в области здравоохранения, – привлекает людей и люди готовы поддерживать таких политиков.

Мы считаем, что кандидатура Гайдука, и с этим согласны наши коллеги в Москве, является оптимальной для выдвижения по псковскому одномандатному избирательному округу. Это решение согласовано.

Константин Калиниченко: Ну хорошо. К Артуру Гайдуку мы, наверно, еще вернемся. Я все-таки про Москву: не кажется ли вам, что в Москве вас окончательно зажмут в такое политическое прокрустово ложе – останетесь в итоге и без синицы в руках, каким для вас, без сомнения, Псковское «Яблоко» является, и без вот этого московского журавля в небе?

Лев Шлосберг: Нет такого противоречия. Оно искусственно придумано не знаю кем, время от времени я читаю эти вещи. Это не так. Если политик из Псковской области, демократический политик из Псковской области становится депутатом Государственной Думы, неважно от какой территории, это усиливает команду Псковского «Яблока» и усиливает саму Псковскую область.

Сейчас псковские предприниматели, жители Псковской области и активисты вынуждены обращаться, по существу, к депутатам только от правящей партии, потому что депутат-одномандатник – это человек, непосредственно представляющий территорию.

Константин Калиниченко: Причем, по-моему, вынуждены обращаться к одному депутату, ко второму что-то как-то, по-моему, особо нет, наверно, смысла обращаться.

Лев Шлосберг: На самом деле это не так, ко второму депутату тоже много обращений, только другого рода обращений, и он эти обращения, насколько мне известно, во всяком случае по Палкинскому району, принял близко к сердцу и…

Константин Калиниченко: Известная история, да.

Лев Шлосберг: Да, это известная история. Много сделал для того, чтобы ситуация прояснилась, назовем это так.

Константин Калиниченко: Свою недвижимость надо защищать.

Лев Шлосберг: Надо защищать людей везде, где они просят об этом, везде. Я не друг и не сторонник, мы даже, по-моему, никогда один на один не разговаривали с господином Васильевым, но то, что он делал в Палкинском районе, вызывает у меня уважение, потому что он добился важных ответов от властей.

Возвращаясь к ситуации: нужно всегда предоставлять гражданам альтернативу обращения к другим депутатам – к депутатам, отвечающим твоим убеждениям, твоим позициям. Кстати говоря, важная вещь, очень важная вещь: сам факт наличия альтернативы дисциплинирует власть, она начинает работать иначе.

Константин Калиниченко: Это несомненно, но вот вы начали говорить, что наличие депутата Государственной Думы от демократической партии усиливает Псковское «Яблоко».

Лев Шлосберг: Да.

Константин Калиниченко: А отсутствие депутата? Если вы не избираетесь в Москве депутатом Государственной Думы, вернетесь ли вы в Псковское областное Собрание депутатов?

Лев Шлосберг: Во-первых, я никуда из Псковской области не уехал. Я живу в Псковской области.

Константин Калиниченко: Хорошо. Псковское областное Собрание депутатов: если проходите по списку и, соответственно…

Лев Шлосберг: Если избиратели Псковской области изберут меня депутатом Псковского областного Собрания депутатов в третий раз, я буду работать депутатом Псковского областного Собрания депутатов в том случае, если в Москве не состоится результативная избирательная кампания.

Никакой усталости от работы в Псковской области, никакой скуки – ничего такого нет. Меня интересует, привлекает и абсолютно устраивает работа депутата, представляющего интересы псковских граждан.

Более того, если нам удастся осуществить все задуманное, то фракция депутатов от «Яблока» в Псковском областном Собрании будет включать в себя депутата Государственной Думы России с правом совещательного голоса.

Константин Калиниченко: Это супер.

Лев Шлосберг: Да, это супер.

Константин Калиниченко: А вот давайте смоделируем ситуацию: вы не избираетесь… я не в плане желаний, я не желаю, я просто моделирую.

Лев Шлосберг: А вот мне кажется, что желаете, Костя, желаете.

Константин Калиниченко: Вы прекрасно знаете мои, так сказать, настроения в этом смысле. Но, предположим, вы не избираетесь там, а в Псковской области традиционно проходит обычно по списку один депутат от партии «Яблоко». Первый номер, предположим, – это будет Артур Гайдук, и, предположим, вы будете вторым номером. Попросите Артура Гайдука уступить вам место?

Лев Шлосберг: Нет. Абсолютно точно тот, кто будет первым номером списка, получает мандат депутата, если этот депутат не получает мандат в одномандатном округе. То есть если конференция Псковского «Яблока» примет решение о другом лидере списка, и будет получено число голосов, достаточное для одного мандата, и это будет единственный мандат, то мандат получает лидер списка, потому что это первый номер. Никаких отказных «паровозов» у Псковского «Яблока» не будет.

Константин Калиниченко: Не пойдете, значит, по пути известной партии, которая любит…

Лев Шлосберг: Не пойдем, по такому пути не пойдем. Обманывать избирателей мы не будем.

Константин Калиниченко: Хорошо. В федеральном «Яблоке» на выборах у вас какова сейчас, так сказать, ситуация? У вас есть реальная поддержка участия в выборах в Москве или просто такое, скажем, молчаливое согласие: ну пусть, пусть попытает счастья?

Лев Шлосберг: Политики из регионов нечасто принимают участие в выборах в Москве.

Константин Калиниченко: Несомненно.

Лев Шлосберг: Хотя эта идея обсуждалась неоднократно, и главный редактор радио «Эхо Москвы» Алексей Алексеевич Венедиктов некоторое время тому назад, еще даже до того дня, когда мы объявили о возможном участии в выборах в Москве, сказал, что он бы российских региональных демократических политиков всех собрал бы в округах Москвы с тем, чтобы они получили представительство в Госдуме, поскольку, как полагает Венедиктов, в Москве выше контроль за выборами и меньше риски злоупотреблений, то есть если честно заработаешь что-то, то это что-то останется в протоколе. Такова его позиция.

Константин Калиниченко: Если бы еще московские снобы могли бы голосовать за региональных депутатов, цены бы им не было.

Лев Шлосберг: Основная часть московских избирателей – это люди, приехавшие в Москву из регионов России, и в том числе из Псковской области. Москва состоит на две трети из регионалов, если не больше.

Константин Калиниченко: Которые считают себя убежденными москвичами.

Лев Шлосберг: Разные есть, разные есть люди.

Константин Калиниченко: Дискуссионный вопрос.

Лев Шлосберг: Я считаю, что в Москве живет много людей, хорошо понимающих ситуацию в российских регионах. И кроме того, очень важная вещь: депутат Государственной Думы вне зависимости от того, от какой территории он избран, – это представитель всех демократических избирателей России, всех.

Депутат Государственной Думы участвует в создании, в формулировании федеральной политической повестки, федеральных решений в отношении всех людей, живущих в стране, и в этом смысле территориальность имеет меньшее значение, существенно меньшее значение, чем политическая позиция.

Константин Калиниченко: Лев Маркович, на минувшей неделе прочитал пост журналистов «Псковской губернии» в их телеграм-канале – все время говорю, что это вот который правильный телеграм-канал «Псковской губернии», а не тот, другой, который…

Лев Шлосберг: Не украденный.

Константин Калиниченко: Бывший, да, канал. И там фактически снова было противопоставлено такое вот (я условно называю) «гнилое» «Яблоко» Явлинского – Рыбакова и…

Лев Шлосберг: Там не было так написано.

Константин Калиниченко: Я немножко перефразирую.

Лев Шлосберг: Вот не надо перефразировать коллег-журналистов! Хотите цитировать, Костя, – цитируйте.

Константин Калиниченко: Цитировать не буду – передаю смысл, а смысл был именно такой: вот это неправильное «Яблоко» Явлинского–Рыбакова противопоставлено правильному «Яблоку» Льва Шлосберга.

Аналогично, мы прекрасно помним, высказывались ранее ваши товарищи и коллеги по псковскому «Яблоку»: Дмитрий Пермяков на съезде жестко высказывался, не лез за словом в карман, Николай Кузьмин у нас в эфире по телефону комментировал точно в таком же духе. Правильная оценка состояния дел в партии?

Лев Шлосберг: Нет, не правильная. В партии «Яблоко» идет дискуссия и, слава богу, делегаты съезда партии могут открыто выступать, и это всё в прямом эфире смотрит вся страна. Второй такой партии в России нет.

Дискуссия в партии «Яблоко» показывает главную вещь: партия «Яблоко» является живой. Если у партии нет дискуссии, то партия мертва – любая, большая или маленькая.

Что касается позиции, позиция сейчас предельно проста: есть партия «Яблоко», которая представляет интересы демократических избирателей как в Псковской области, так и в России. Другой демократической партии в России нет. Вы можете критиковать нас, можете не критиковать, можете поддерживать полностью, можете частично, можете чуть-чуть поддерживать, но для демократических избирателей России, которых миллионы и миллионы, нет на предстоящих выборах другого политического решения, просто нет.

Где Союз правых сил уже как пятнадцать лет? Нет Союза правых сил. Где политические организации, которые создавались, как вы говорите, несистемной оппозицией, и хотели стали стать политическими партиями? Такие амбиции были. Эти теперь организации либо иностранные агенты, либо нежелательные организации, они не удержались на российском минном политическом поле.

«Яблоко» устояло. Это означает то, что партия находит в себе ресурсы в такой ситуации, когда нечем дышать, просто нечем дышать, продолжать работать.

Наша задача сейчас – объяснить всем людям, которые исповедуют демократические ценности в нашей стране: в этом году, в 2021 году, это могут быть последние парламентские выборы в нашей стране. После этих выборов в зависимости…

Константин Калиниченко: Могут быть, могут не быть.

Лев Шлосберг: Могут быть, могут не быть. После этих выборов в процессе подготовки к известному 2024 году, к президентским выборам, могут быть закрыты все независимые СМИ полностью, «Эхо Москвы» в Москве и «Эхо Москвы» в Пскове. Могут перекрыть YouTube, могут закрыть «Новую газету», могут закрыть «Дождь», могут заглушить абсолютно всё только для того, чтобы передать кусок власти от одного человека тому же самому человеку либо тому, на кого этот человек укажет.

Эти, возможно, фатальные события, которые могут быть губительными для десятков миллионов людей, могут произойти, а могут не произойти в зависимости всего лишь от результатов выборов депутатов Государственной Думы.

Появится ли в этой огромной машине, в этом бешеном принтере хотя бы одна шестеренка, противостоящая этому Молоху, этому накату, хоть какой-то противовес, балансирующий общественные интересы с интересами корпоративного государства, криминального корпоративного государства, и если появится – у нас у всех появится шанс на свободу. В этом наша задача.

Константин Калиниченко: Но тем не менее… Лев Маркович, но вот тем не менее постоянно вы говорите про криминальное, корпоративное, там разные есть термины, клептократическое – какие там еще у нас есть?..

Лев Шлосберг: Какое есть.

Константин Калиниченко: Какое есть государство, но тем не менее ведь нельзя не признавать, что широкие народные массы голосуют пока именно за вот эту самую пресловутую стабильность, сохранение этого самого государства, и отрицать это на самом деле сложно. Почему вы уверены, что люди должны проголосовать на этих выборах как-то по-другому?

Лев Шлосберг: Потому что это рефлекс самосохранения, это инстинкт самосохранения людей.

Константин Калиниченко: Так как раз люди за партию власти голосуют из-за инстинкта самосохранения? Из страха, может быть, еще из-за чего-то?

Лев Шлосберг: За партию власти голосует, по моему глубокому убеждению, меньше людей, чем написано в официальных протоколах. Я уверен в том, что 19% избирателей Псковской области не голосовали на предварительном голосовании «Единой России».

Константин Калиниченко: Сложно сказать…

Лев Шлосберг: 19% избирателей области – это свыше ста тысяч человек. Это очень серьезная история, и она, на мой взгляд, требует внимания, серьезного внимания правоохранительных органов, как с участием системы государственных услуг можно достигать таких результатов в регионе, где на выборы без принуждения ходят считаные проценты людей.

Но разговор сейчас не об этом. Идет речь о том, что в течение четверти века избирателей России убеждали: «Ваша воля не имеет значения, ваш голос ничего не значит, будет так, как решит власть». Людей планово, системно отучали от участия в выборах и получали такие результаты, когда голоса за власть есть, а голоса за демократическую оппозицию остались дома.

Наша задача сейчас – объяснить миллионам и миллионам людей: если вы не идете на выборы, вы отдаете не только государственную власть – вы отдаете самих себя.

Константин Калиниченко: Но эту задачу вы пытаетесь…

Лев Шлосберг: Самих себя, свою жизнь, свою судьбу, свою семью, своих детей, всех своих родных отдаете своим политическим противникам.

Константин Калиниченко: Лев Маркович, вы эту задачу ставите и пытаетесь решить, насколько я понимаю…

Лев Шлосберг: На каждых выборах.

Константин Калиниченко: И собственно говоря, где же результат.

Лев Шлосберг: На каждых выборах. Только ситуация в стране становится хуже, существенно хуже, и это означает то, что нам нужно ещё большему числу людей объяснить, что нельзя оставаться дома и нужно голосовать, но в воскресенье, на избирательных участках, бумажными бюллетенями и не играть с государством в шулерские электронные игры и другие, скажем так, спецоперации.

Константин Калиниченко: Ну хорошо, предположим, можно что-то, наверно, другую, альтернативную партию выбрать, предположим то же «Яблоко». Вот аналогия. Смотрю, читаю СМИ, разные СМИ – творится, по-моему, некий беспредел у нас в Псковской области, в Пустошкинском районе, в Пустошке. Но вот то, что там происходит с подачи госпожи Васильковой, главы района, которая представляет вашу партию, я бы, честно говоря, не удивился увидеть это от партии власти, меня бы это совершенно не удивило: увольнения по личным мотивам, за критику, нелояльность, что-то подобное, сведение счетов.

Вот вы предлагаете заменить партию власти на что-то другое, а чем же вы в таком случае отличаетесь-то от партии власти? Ведь методы и результаты по большому счету на этом маленьком примере абсолютно идентичны.

Лев Шлосберг: Методы и результаты совершенно другие, потому что цели действий абсолютно другие. Поясняю: Светлана Василькова приводит в порядок Пустошкинский район, очень тяжелый и запущенный район. Она воспрепятствовала серьезным пищевым цепочкам во взаимосвязях между районным бюджетом и конкретными заинтересованными предпринимателями.

Константин Калиниченко: То есть все вот эти увольнения – это…

Лев Шлосберг: Я могу конкретно сказать, еще раз перечислить. Увольнение директора аптеки, о котором писали некие сотрудники на сайт губернатора и перепечатывала «Псковская лента новостей» и другие СМИ, – это абсолютно обоснованное решение главы муниципалитета, потому что муниципальная аптека с оборотом 47 миллионов рублей платит в районный бюджет, будучи муниципальным хозяйственным обществом, 20 тысяч рублей в год. В этой аптеке годами не проводилась инвентаризация.

Понимаете, весь бюджет Пустошкинского района – от 160 до 170 миллионов рублей. Есть муниципальная аптека – подчеркиваю, муниципальная, обладающая в том числе правом работы с наркотическими и прекурсорными препаратами. Ни одна другая аптека таким правом на территории Пустошкинского района не обладает, то есть это своего рода монополия.

Константин Калиниченко: Я все равно не очень понимаю, в связи с чем увольнение было?

Лев Шлосберг: В связи с тем, чтобы провести нормальную инвентаризацию, нормально организовать эффективную работу.

Константин Калиниченко: Для того чтобы провести инвентаризацию, нужно уволить руководителя?

Лев Шлосберг: Константин, для того чтоб провести инвентаризацию, нужно поставить руководителя, заинтересованного провести инвентаризацию.

Константин Калиниченко: Мне кажется, инвентаризация проводится вне зависимости от руководителя.

Лев Шлосберг: Она проводится вне зависимости. Нужно поставить человека, который так организует финансовые дела в аптеке, что при обороте 47 миллионов не 20 тысяч рублей будут поступать в местный бюджет. Это совершенно четко входит в интересы муниципалитета.

Непродление контракта с директором школы было абсолютно обоснованным, потому что стоящая закрытой школа в период ковида получала счета по 15 тысяч рублей за электричество в месяц за счет районного бюджета.

А когда муниципальная комиссия потребовала от госпожи Бугряковой открыть двери школы и показать, на чем так работают счетчики, «зарабатывают» такие деньги, которые платит местный бюджет, Бугрякова отказалась пустить в школу муниципальную комиссию. Поэтому с ней не продлили контракт.

Константин Калиниченко: Заместителя главы района сама же пригласила и сама же уволила.

Лев Шлосберг: Светлана Василькова – ответственный человек: совершив ошибку, она исправляет свою ошибку. Я полностью поддерживаю решение Светланы Васильковой об увольнении Андрея Иванова, полностью. Это решение обосновано и юридически, я в этом убежден, и политически.

Возвращаюсь к культурному центру: там тоже была замена руководителя, тоже были крики год назад: «Ай-ай-яй, уволили госпожу Александрову!» Пришла Алена Жукова – и через несколько месяцев все поняли, что пришел руководитель, назначенный Васильковой, о котором районный центр культуры мечтал, просто мечтал. И сейчас там совершенно иначе идут дела.

Василькова не боится принимать серьезные кадровые решения и принимать на себя ответственность. То, что пишут в подметных письмах, а их много будет, и не только по Пустошкинскому району – и по другим территориям, – это нужно воспринимать как подметные письма, и никак больше.

Константин Калиниченко: Ну хорошо, бог с ней, с Пустошкой.

Лев Шлосберг: Как это «бог с ней, с Пустошкой»? Только что вы хотели заниматься Пустошкой, а теперь «бог с ней, с Пустошкой»!

Константин Калиниченко: Я выслушал ваше мнение, но как бы мнения против мнения меня не очень убедили, но я не настолько глубоко посвящен в события в Пустошке, поэтому спорить сейчас…

Лев Шлосберг: А я глубоко посвящен в события в Пустошке, по любому эпизоду могу дать комментарий.

Константин Калиниченко: Спорить не буду. Я думаю, что здесь мнения разойдутся, как говорится, сторон. Бог с ним.

Лев Шлосберг: Пусть расходятся мнения, но пусть движется дело.

Константин Калиниченко: Хорошо. В глобальном смысле в последнее время много говорят о политической эмиграции, и некоторые даже представители несистемной оппозиции в нее вот уже и отправились на минувшей неделе. Готовы вы к политической эмиграции или, может быть, даже к тюрьме, к повторению судьбы Алексея Навального?

Лев Шлосберг: Слушайте, наша семья живет в России, по имеющимся документальным данным, с XIX века точно, а учитывая те места, где наши родные люди жили, я думаю, что если бы у меня было время поработать в архивах, мы бы дошли где-нибудь до XII-XIII веков…

Константин Калиниченко: К эмиграции не готовы, я понял. Вторая часть вопроса…

Лев Шлосберг: Мы российские стержневые и коренные жители, наша семья, и я совершенно не вижу себя в эмиграции.

Кроме того, важную вещь скажу: любой российский политик, уехавший в эмиграцию, перестает быть российским политиком, он становится эмигрантом. Эмиграция и оппозиция – это разные профессии.

Оппозиция – это политик, политики, партии, которые борются за власть в России, будучи в политическом меньшинстве, но отстаивая интересы, кстати говоря, большинства жителей страны.

Эмиграция – это люди, которые вынуждены уехать. Они могут заниматься просвещением, могут заниматься научными исследованиями, могут разрабатывать планы спасения страны, но это не оппозиция.

Константин Калиниченко: К повторению судьбы Алексея Навального готовы?

Лев Шлосберг: Любой российский политик должен быть в любой день и час готов повторить судьбу Алексея Навального. Так устроена сейчас наша страна.

Константин Калиниченко: Ну что ж, вот на этой не очень оптимистичной ноте эфир заканчивается…

Лев Шлосберг: На вполне оптимистичной ноте.

Константин Калиниченко: Ну пусть так. Это был «Гайд-парк» на «Эхе Москвы в Пскове», в гостях у нас сегодня был лидер псковского «Яблока» Лев Шлосберг. Спасибо, Лев Маркович, что были сегодня с нашими радиослушателями!

Поздравляем,
Ваш электронный
адрес подписан
на рассылку!